>>

Я перед господом босой...

Я перед Господом босой,
Один стою на перепутье.
С душевной смутой и тоской,
Ищу тихонько в жизни путь я.

Звенит щемящая струна,
И сердце грустно подпевает,
И только бледная луна,
Меня как будто понимает.

Прошу у Господа: "Прости!"
Я человек. Я агнец Божий.
И всех, любя, прощаешь ты,
Меня простишь, надеюсь, тоже.

Да, покаянье для души,
Как свет, как воздух для планеты.
Растают дымкой миражи,
У Бога вечны все заветы.

Идя по жизненной стезе,
Осознаю я с каждым вздохом,
Любовь свою дарить везде,
Не делать в жизни людям плохо.

И у людей прошу у всех,
Кому я причинил страдания,
Простите мне земной мой грех.
До новой встречи. До свидания.

Январь, 1999 г.

     >>

Мне на подходе 33...

Мне на подходе 33,
И эта дата так прекрасна,
Что время шепчет мне: "Замри,
Скажи, что жил ты не напрасно".

Ты делом, словом докажи,
Что все не зря прожиты годы.
И как относишься ко лжи,
Как перенес судьбы невзгоды.

Немой вопрос - немой ответ.
Душа моя не примет фальши,
Она сама мне даст совет,
Как мне идти по жизни дальше.

Я не люблю, когда мне лгут,
Когда халдей солому мечет,
Он заготовленный свой кнут,
Мне подарить готов на плечи.

Я фарисейства не люблю,
Улыбок скользких не приемлю.
Я в людях искренность ценю,
Добро приносит кто на Землю.

Не раз фальшивые друзья,
Клялись мне в вечном постоянстве,
Что можно им - другим нельзя,
И проводили будни в пьянстве.

Я не святой, я человек.
Иду по жизни как умею.
Судьбой отмеренный мне век,
Я, принимая, не жалею.

Январь, 1999 г.

     >>

Я иду осторожно...

Я иду осторожно
По немытой Земле,
И росинки тревожно,
Зарыдали во мгле.

Видно что-то случилось,
У России, у нас,
Может, злоба родилась,
В этот утренний час.

И седые березы,
Со слезой в унисон,
Растревожили грезы,
Издавая свой звон.

Ветер дикий и вольный,
Замер вдруг в тишине,
Исполняя свой сольный,
Номер медной луне.

Ничего нет простого,
В этом мире людей,
Зло родится от злого,
Как дела из идей.

Но жестокость не вечна,
Если мы встанем в круг,
И обнимем сердечно,
И друзей, и подруг.

Зло, конечно, отступит,
И добро придет вновь.
На земле пускай правит
Доброта и любовь.

24.01.1999 г.

     >>

Считаю я, мне в жизни повезло...

Считаю я, мне в жизни повезло,
И хоть судьба порою сильно била,
Я выходил из бед врагам назло,
С лица улыбка в битвах не сходила.

Время фильтровало, кто есть кто.
Менялась жизнь, и с ней менялись взгляды,
И лучший друг порою был НИКТО,
Когда беда со мной шагала рядом.

Я не жалею о потерянных друзьях.
Остались крохи, но они, зато - алмазы.
Друзья все проверяются в делах,
Остался тот, кто не подвел меня ни разу.

Я знаю, как людей меняет власть,
Как золотой телец калечит души,
Гордыней упиваясь своей всласть,
Они свой мир духовности разрушат.

Вокруг меня, людей хороших много,
Я всех их уважаю и ценю,
И мы идем одной дорогой к Богу,
Несем любовь к святому алтарю.

Март 1999 г.

     >>

Я красоту ищу в простом...

Я красоту ищу в простом,
Я вижу свет во мраке ночи,
И, осенив себя крестом,
Я верю, жизнь прекрасна очень.

И просыпаясь утром ранним,
Всегда с любовью говорю:
"За то, что я живу на свете,
Тебя, Господь, благодарю".

За то, что сын мой жив, здоров,
И что здорова моя мама,
Иду под своды куполов,
Душа зовет во врата Храма.

Я в церкви нахожу покой,
Любовь, от Бога принимая,
Я становлюсь чуть-чуть другой,
И жизнь становится иная.

Я, принимая - отдаю,
Любовь свою без сожаленья.
Стоя у счастья на краю,
Я раздаю любви мгновенья.

Январь, 1999 г.

     >>

На священной земле...

На священной земле, в церквях русских старинных,
Сохраняют иконы, почитают Христа.
Он за всех отстрадал, с чистотою невинной,
На распятье пошел, на объятья креста.

Наш учитель Господь, нам оставил заветы,
Исполняя, мы их, свой покой обретем.
Разнося их по каплям, по белому свету,
В людях к Богу любовь, осторожно зажжем.

Купола, купола, вы мирские святыни,
К вам не раз и не два, мы придем на поклон,
Вы спасенье души, и оазис в пустыне,
Мы надежду и веру от вас с радостью пьем.

Богородицы лик, благородный и чистый,
Освещает нелегкий, но праведный путь.
Со стези чтоб не сбились, грешной и тернистой,
Отыскали души, своей ясную суть.

И в молитвах найдем мы свое утешенье,
Отпусти нам, Всевышний, земные грехи.
На коленях стоя, принимая прощенье,
Мы ведь помним всегда, что мы дети твои.

Март 1999 г.

     >>

Мой милый друг...

Мой милый друг, твоя печаль знакома.
Мне тоже осень навевает грусть,
И я уйду, наверное, из дома,
В лесной избушке где-то поселюсь.

Хочу побыть один я, на природе.
Послушать голос скованной души,
Пожить спокойно, тихо, не на взводе,
Среди берез, в нехоженой глуши.

Устал я жить и в распрях, и без толку,
Устал бороться я с невидимым врагом.
Пусть отдохнут людские кривотолки,
Останется пусть зависть за бугром.

Иконку я возьму с собой в избушку,
Зажгу свечу и сяду рядом с ней,
И Богу я свою открою душу,
Что я в себе носил немало дней.

Господь поймет и примет покаянье,
Секретов тайных перед Богом нет,
Я отрок, и я сын, его созданье,
И он мне даст родительский совет.

Да, Господи! С тобой в уединеньи,
Необходимо каждому побыть.
Ты примешь всех, и Божье наставленье,
Никто из нас не сможет позабыть.

03.10.1999 г.

     >>

Монастырь деревянный...

Монастырь деревянный в чащу леса забился,
Инок старенький там, доживал свои дни.
В одиночестве тихом, все время молился,
О спасении милой, любимой Руси.

Много старцу ли надо? Хлеба кус, да водички,
Да покоя немножко, в лесной тишине.
С ним молились на пару сердобольные птички,
Отдавая поклон материнской земле.

И трава, и деревья мудреца понимали,
И спасали молитвой страну.
Изумрудной росой, Русь они очищали,
Отводили несчастья и злую войну.

Хорошо, что на свете, есть места без порока,
Не хватает России церквей.
Чтоб добро процветало, отступала жестокость,
Надо к Богу идти поскорей.

Нам без веры нельзя. На душе как-то пусто.
Кто Россию спасет, как не мы.
Бог любовь в нас зажег, бескорыстное чувство,
Вспыхнет пламя из божьей искры.

1999 г.

     >>

Горечь детства

Безотцовщина. Безматеринство.
На произвол побросали детей.
Узнают про житейское свинство,
Часто крохи с младенческих дней.

Свою плоть, от себя отрывая,
Добровольно идя в беспредел,
Уходя, обо всем забывают,
Лжеродители маленьких тел.

И по жизни скрываясь от мамок,
Алименты не платят отцы.
В тело режутся потуги лямок,
Когда метят отцы в подлецы.

В день рождения родному ребенку,
Ни игрушку ни купят, ни мед.
Словно сердце затянуто пленкой,
Очерствело, и стало как лед.

Вы смотрели в недетские глазки,
Где застыл непонятный вопрос.
И детишкам не верится в сказки,
Когда есть на родителей спрос.

Беспризорником стать очень просто.
Безответственным проще вдвойне.
И рождается злоба на злости,
Коль родители нынче в цене.

Лжеотцы и лжемамы, поверьте:
Я ведь сам это все испытал.
На себя горечь счастья примерьте,
И верните, кто детство украл.

23.04.1999 г.

     >>

Бьют слова сильнее пули...

Бьют слова больнее пули,
Гулко падая навзничь.
Диагноз с рождения ставят,
Церебральный паралич.

Вот такой судьба подарок,
Мне взяла преподнесла.
ДЦП определили,
У моего пацана.

Что же делать? Без движения,
Сын в пеленочках лежал.
Где набраться мне терпенья,
Чтобы сын на ножки встал.

Боль, безудержная в клочья,
Рвала ночи пополам.
И на Горьком, а не в Сочи,
Первый шаг, сын сделал сам.

Стал курорт вторым нам домом,
Коллектив стал как родной.
Нас судьба соединила,
Прочно ниточкой одной.

...Нам на роду написано,
Жить для своих детей.
Да, это жизни истина -
Отцов и матерей.

Пусть непростая жизнь пока,
Пусть слезы, боль и пот.
Но и награда высока,
Дитя если пойдет.

Да не оставит нас Господь,
На жизненном пути,
Все наши дети - наша плоть,
Нам нужно путь пройти.

И пусть над нами ярко светит,
Звезда добра, звезда любви.
Детей пусть ласкою отметит,
Храни, Вас, Господи, храни.

22.07.1998 г.

     >>

Мне все чаще задает вопрос сынишка...

Мне все чаще задает вопрос сынишка,
На который я не в силах дать ответ:
"Папа! Почему у всех есть мамы,
Только у меня, Максимки, нет?"

Что сказать мальчишке, он уже большой,
О том, что мать сынишки с черствою душой.
Взяла и отказалась, плоть свою растить.
Надо для себя ей, хоть чуть-чуть пожить.

И растет мой мальчик, в доброте отца,
Папа ведь поднимет своего мальца.
Все для сына сделает, и должен сын понять,
Не дано всем женщинам, материнство знать.

Не печалься, сын мой, подрастай давай,
И устои жизни нашей понимай.
И навек запомни ты отца завет:
Ближе человека, чем отец твой, нет.

В горе или радости, ты приди к отцу.
Припади щекою к моему лицу.
Папа, ведь не бросит, не предаст в беде,
И совет даст дельный, как никто нигде.

Ты запомни, милый, мой родной сынок,
Что жизнь нам преподносит, уроком за урок.
И если есть начало, значит, есть конец,
А самое святое для тебя - отец.

Август 1995 г.

     >>

Первый шаг

Горел костер. Неброской дымкой
Он поднимался к небесам.
А рядом с ним стоял Максимка
И в первый раз стоял он сам.

В руке держал мальчишка палку,
И ворошил огня угли.
Они тихонечко шептали:
"Максимка! Ближе подойди".

И словно внемля зову углей,
Максимка сделал шаг вперед
И этот шаг был в жизни первый,
А страх растаял, словно лед.

Секунды медленно бежали,
И время будто замерло.
Мы столько ЭТО ВРЕМЯ ждали
И, наконец, оно пришло.

Пройдут недели, дни и годы,
Все может, будет впереди,
А ПЕРВЫЙ шаг-тот шаг к свободе,
Уже остался позади.

17 августа 1996г.
Курорт "Озеро Горькое".

     >>

Максимка

Максимка! Милый мой сынишка,
Ты с каждым днем становишься взрослей.
Растет мой кроха, милый мой мальчишка,
Зато стареет папа Алексей.

Да, это жизнь. И многое на свете,
Становится понятно лишь потом,
Что счастье в жизни - это только дети,
Которых ты поднял своим трудом.

Не золото, не деньги и не слава,
Не принесут в твой дом уют, тепло.
Для жизни этого конечно очень мало,
С детьми лишь только в комнатах светло.

Спасибо, Господи, тебе,
Что счастья мне послал кусочек,
Что я отец, и у меня,
Растет Максимка, мой сыночек.

И пусть у сына моего
Пока не ходят ножки сами,
Я верю, хоть и нелегко,
Мы победим недуг с годами.

За все хорошее, сынок,
Обязан Богу ты на свете,
А за плохое на земле,
Твой папа за тебя в ответе.

Не так, наверное, растил,
Не объяснил, что, где, как надо,
Но если будешь Человек,
То это лучшая награда.

Расти мой сын, и укрепляй,
Свою любовь и веру в Бога.
Отцу всегда ты доверяй,
Счастливой будет пусть твоя дорога.

1997 г.

     >>

Отказная

Знакомый почерк. Строчки, как колючки.
И проштампованный, безадресный листок.
Семь слов, наструганные ручкой,
В раздумии смотрели на восток.

"Условий нет, для проживанья с сыном.
Устала. До свиданья. Мать".
На юг летели стаи, клин за клином,
Ум понимал, а сердцу не понять.

Но отказная на столе. Неровно буквы,
В узоре прыгали на подпись и число.
И только предстоящая разлука,
Скрывала материнское лицо.

И побежали месяцы и годы,
И заплясало детство на стекле.
Ведь матерью не станешь, если роды,
Инстинкт природы спрятали во мгле.

Ах, эта жизнь, смешная до безумья,
Где матерям не нужна плоть своя,
Наводит на печальные раздумья,
Съедает червоточина и тля.

За годы, пройденных, с той памятной бумажки,
Подарков не было, на праздники дитя.
Сгорело материнство промокашкой,
Конечно, мама, вам я не судья.

Живите для себя вы, Бога ради.
Обиды нет, и сын потом поймет:
Не все проходят жизненные глади,
А счастье он без мамы обретет.

21.11.1999 г.

     >>

Я прошел свой этап...

Я прошел свой этап вместе с сыном,
От рожденья до школьной поры.
Показал себя мальчик мужчиной,
Отличался среди детворы.

Не любил распускать сопли-слюни,
Непристойно мужчинам нытье.
Побеждал ДЦПэшные дюны,
На недуг, направляя копье.

Сколько боли сынишка мой вынес,
Знает Бог, да, наверное я.
Попадая из пламя в полымя,
Закалялась неполной семья.

Кроха рвется к граниту науки,
Раскусить этот тверденький плод.
К знанью тянутся мальчика руки,
Он настырно стремится вперед.

Мой Максимка - мое отраженье,
В каждой черточке вижу себя.
Он творец, он мое вдохновенье,
Жара нет, если нету огня.

Через сына я сам изменился,
Стал на мир по-другому смотреть.
К Богу сердцем, душой устремился,
Для того чтобы ярче гореть.

Ноябрь 1999 г.

     >>

Посвящается самому
Близкому человеку - Маме.

Вы скажите мне люди...

Вы скажите мне люди, чья же в этом вина,
Что покрыла до срока, мою мать седина.
Что не на 40 с копейками, выглядит мать,
А гораздо постарше - на все 60.

Жизнь нелегкая, трудная, прокатилась, прошла,
Можно годы ушедшие, оценить не спеша.
Вспомнить радости, беды, боль потерь и утрат,
Испытать тебе много, довелось, моя мать.

Родилась ты в деревне, перед самой войной,
Лихолетье нависло, когда над страной.
Ты, росла, не играя, познавая лишь труд,
И не знали игрушек, волдыри твоих рук.

Было детство нелегким, как у многих в стране.
Ты жила, подрастала, в многодетной, семье.
Повзрослев, - вышла замуж и семью создала,
Родилась вскоре дочка, а после и я.

Ты растила лелея, любимых детей.
Сколько прожито было, счастливейших дней.
Ты детям своим всю себя отдавала,
И за это спасибо, говорю сейчас, мама.

80-й год был високосный,
Он, приходя, принес нам много бед.
Кто мог подумать, что случится же такое,
Что дочь умрет, в неполных 20 лет.

Судьба сыграла, злую шутку,
Мы все теперь должны страдать.
И на могилку к Тане, дочке,
Приходит в выходные мать.

Приходит навести порядок,
С любимой доченькой побыть.
Ведь дни, когда жива была дочурка,
Не в силах мама позабыть.

Декабрь, 1988 г.

     >>

Получил вчера письмо...

Получил вчера письмо от мамы,
Сообщила, где седая мать,
Что не заживают её раны,
Трудно вечерами сына ждать.

Пишет мама мне в письме устало,
Что душа сжигается огнем.
Жизни прожито уже немало,
И здоровье тает с каждым днем.

А про мой характер мама пишет,
Что он, к сожалению, не мед.
Мать моя смотрела, словно в воду,
На залёте у меня залёт.

"Береги себя, сынок, любимый "-
Я читаю мамины слова.
Мыслями всегда ты мать со мною,
Ты родная у меня одна.

Я твою заботу ощущаю,
В каждой строчке чувствую любовь.
Верь промчатся, мама, эти годы,
И тогда тебя увижу вновь.

Припаду к твоим коленям, мама,
И поглажу седину твою.
Потом скажу огромное: "Спасибо",
И о том, как, мать, тебя люблю.

Многое ты в жизни испытала,
Из-за сына стала ты седой,
Ты прости меня, родная мама,
В вечном я долгу перед тобой.

16 марта 1989 г.

     >>

Листопад обнял мокрую землю...

Листопад обнял мокрую землю,
Вспомнил я восьмилетнюю боль,
Как жена из роддомовской кельи,
Возвращалась с ребенком домой.

Сын родился, обвит пуповиной.
Чья вина - непонятен расклад,
Но ребенок - моя половина,
Что живой, я и этому рад.

Диагноз доктора все скрывали,
В уши лили какой-то елей,
Но они все, конечно же, знали,
Нет недуга, наверно, страшней.

"Д. Ц. П.": - Слово слух резануло,
Непонятен еще тайный смысл.
Только холодом сразу подуло,
Как свинцовый обрушился хлыст.

И взахлеб доктора и медсестры,
Говорили: "Болезнь ерунда".
Но померк мир, неярким, не пестрым,
Показался вокруг он тогда.

Непослушные ручки и ножки,
Бесконечная слюнка текла,
И не мог сам пройти по дорожке,
Узнавал прелесть детского зла.

Боже мой. Что врачи так бессильны,
Панацеи, конечно же, нет,
Но откуда брались только силы,
Чтоб пошел сын не в год, а в 5 лет.

По больницам, по бабушкам старым,
По церквям, по курортам страны,
Мы искали, за что Божьей карой,
Сын отмечен, а вместе с ним мы.

На массажик ложился ребенок,
Дикий крик, и сдвигался сустав,
И в слезах сын лежал, как котенок,
Рядом плакал седой костоправ.

Огонь, воду и медные трубы,
Все прошли, чтоб недуг победить,
И шептали обветренно губы:
"Слава Богу! Сын начал ходить!"

Помаленьку. Этап за этапом
Шел невидимый все же прогресс,
И сказали тогда эскулапы:
На земле не бывает чудес.

Не бывает чудес. Это точно.
Сколько вложено силы, труда,
Сколько пролито слез в эти ночи,
Не хватило б для слез и пруда.

Первый шаг - он впечатался в память.
Слово первое - я не забыл.
Надо памятник сыну изваять,
Сколько мук паренек пережил.

Шаг за шагом. Азы познавая,
Отличая добро от беды,
Сын по свету победно шагает,
Христиан, пополняя ряды.

03. 10. 1999г.

     >>

Под прицелом у жизни...

Под прицелом у жизни,
Я бегу в круговерть.
Счастья чистого брызги,
Прячут грязную смерть.

В жизни отдыха мало,
А работы - сполна.
Ничего, что устала,
От мандража спина.

В суете бесконечной
Надо сделать привал.
Отдохну я немножко,
Я от бега устал.

15.03.1999г.

     >>

Обрубая - обрубай...

Обрубая - обрубай!
Если рвешь, то рви умело,
Не страдала, чтоб душа,
Не болело, чтобы тело.

В жизни всякое быть может,
Всех причин не перечесть.
Только совесть пусть не гложет,
Сохранил ты если честь.

И обиды, и упреки,
Не украсят вас ничуть,
Это жизнь дала уроки,
Чтоб искали новый путь.

И надежда тонкой тропкой,
За собой вас поведет,
Путь осилит лишь не робкий,
Верит кто - тот обретет.

19.01.99г.

     >>

Не по заказу дифирамб...

Не по заказу дифирамб - по вдохновенью,
Не по приказу этот стих, - а от души.
Когда стремишься стать собой, не чьей то тенью,
Тогда и строчки, в общем, хороши.

Когда червонцы тычут за сонеты,
Ну, сочини, тебе мол, заплачу.
Тогда стихи душою не согреты,
Писать за деньги не могу и не хочу.

Что строчки, если мной не пережиты,
Слова - листвой разбросаны вокруг,
Тогда стихи, как будто ниткой шиты,
Орнаментом пустых, холодных букв.

Ты подойди по-дружески, по-братски,
Поговори по-человечески, без зла,
И лира нам сама предложит краски,
И зазвенят в душе колокола.

Я не хочу за деньги продаваться.
Меня кто знает, тот уверен подтвердит,
Что ставлю во главу сначала братство,
А не Иудой мне навеленный вердикт.

И пару слов скажу я напоследок:
Мне очень жаль людей, что за гроши,
На все готовы. Жизненное кредо,
Уводит их в бездушья миражи.

27.11.1999 г.

     >>

В подвенечном платье...

В подвенечном платье, с белою фатой,
Плачущею свечкой в изголовье
В последний, Таню, провожали неземной
Маршрут. Слезам, давая волю.

Танечка, любимая сестра,
Милая, прощай и до свиданья.
Приголубили небесные ветра,
Как же рано наступило расставанье.

Кто бы мог подумать, - да никто.
Кто бы знал, - никто ни знал, конечно,
Что под снежные метели с холодком
От меня сестра уйдет навечно.

Гроб стоял среди бездушных стен,
И лицо застыло словно маска.
Заштормила жизнь, давая крен,
Как нам не хватало Тани ласки.

Все смешалось, люди, ночи, дни,
И в недоуменьи сердце билось,
Сколько понаехало родни,
Сколько слов прощальных говорилось.

Мама плакала навзрыд и причитала,
От причитаний волосы в дыбы.
Как бы сделать так, вернуть сначала,
Но куда нам деться от судьбы.

Шел народ, казалось, бесконечной
Вереницей, долг, спеша отдать.
Говорили путаные речи,
На глазах седела моя мать.

У отца за папиросой папироса,
Мужчины держат все всегда в себе.
И только безответные вопросы,
Прилипали, скомкано к губе.

Таня, Таня, что ты натворила,
На земле приплюсовался еще холм.
Скромная береза над могилой,
Напомнит очертанье милых форм.

28.11.1999 г.

     >>

Рабоче-крестьянское пламя народа...

Рабоче-крестьянское пламя народа,
"Искрою", Ильич разжигал.
И слушали речи вождя - сумасброда,
Кровавый пылал карнавал.

На брата шел брат, отец бился с ребенком,
С винтовкой в руках, с топором.
Испуганно бегали мамы глазенки,
Гремел революции гром.

Декреты Ильич штамповал как машина,
О равенстве, братстве людей.
Ломала, крушила краснолавина,
Кто не согласен был с ней.

Всех подстригали одною гребенкой,
Всех ставили в ряд батраков.
И Ленин у каждого был октябренка,
С прищуром глядел со значков.

Пусть в нищете, зато равенство всюду,
Руины за место дворцов.
Обломки страны превращалися в груду,
Скрипя под ногами стрельцов.

И уравниловки глупый критерий,
Всех ставил на низшую грань.
Не признавая природу материй,
В почет поднималася брань.

И зависть рождалась тяжелым пороком,
Кто лучше живет - в кандалы.
И быстро статью пришивали со сроком,
На лесоповалы страны.

Вождь постарался, преемник продолжил,
Чтоб страх над Россией парил.
Натянуты временем красные вожжи,
Ильич, ты их зря подарил.

Ноябрь 1999 г.

     >>

Посвящается Комарских М.

Пропал человек...

Пропал человек. Ушел, не вернулся,
И заметалась в тревоге жена.
Миша, ты где, обо что ты споткнулся,
Где встретилась в жизни стена?

Ушел на рассвете с родного порога,
Кто знал, что назад нет пути.
Не оказалась дорога пологой,
Встретились где-то враги.

Сейчас отморозки за деньги готовы,
Продать вместе с Родиной мать,
Закрыта душа у них на засовы,
На жизнь им людскую плевать.

Миша! Дружок, позвони Бога ради,
Или черкни пару слов.
Горечь утраты никто не загладит,
Как знать, может ты и здоров.

Попал в переделку, попал в непонятку.
Кто даст нам конкретный ответ.
Миши судьба сыграла зло в прятки,
Скрылась с дороги в кювет.

26.11.1999 г.

     >>

О Руси

Зубы стерлись мои от бессилия,
Лбом пытаюсь я стену пробить.
Расцвела, чтобы Русь изобилием,
Чтоб достойно могли люди жить.

Я болею душою и сердцем,
Почему так унижен народ,
Почему у руля иноверцы,
Что ни царь, то моральный урод.

Воровала в России и раньше,
Придворцовая знатная рать.
А сейчас миллиардные транши,
Разбазарят, и крох не собрать.

Президент потерял уважение,
Не вчера, не сегодня, не вмиг,
А когда он свое положение,
Направлял в наполненье сберкниг.

И мне видится в царской улыбке,
Ненасытный звериный оскал.
Совершал он, воруя ошибки,
В нищету Русь святую вогнал.

Если есть справедливость на свете,
И остался хоть совести грамм.
Пусть, вернут за отца, долги дети,
С покаяньем придут в Божий храм.

18.10.1999 г.

     >>

О природе

Соловьиные рулады я хочу услышать летом,
Поваляться в не целованных цветах.
Босиком пройтись над утренним рассветом,
Вкус росы узнать медовый на устах.

Посмотреть, как солнышко багровым,
Диском поднимается с колен.
Чтобы жизнь наполнить чем-то новым,
Ветром своенравным перемен.

Надоели города трущобы,
Где чистый воздух превратился в смог.
Побыть наедине хочу с природой,
И найти, что в городе не смог.

Все бежим по жизни торопливо,
Все спешим дела, дела, дела
Запрягаем мы несправедливо,
Мать - Природу в чьи-то удила.

Нас Природа-Мать всех породила,
И в согласии дала наказ всем жить,
Чтобы человеческая сила,
Не посмела мир гармонии крушить.

11.10.1999 г.

     >>

О времени и о себе

Прорываюсь я в жизнь не по блату,
Стиснув зубы, несу я свой крест.
Оставляя зарубки на датах,
Мимоходом целуя невест.

Было время. Смотрел я иначе,
Но с годами размазался взгляд.
И гнедой стал замученной клячей,
Часто в спину летит сплетен яд.

По брусчатке родного Кургана,
Все гремит мой размеренный шаг.
Попадал я нередко в капканы,
Обесцветился времени флаг.

Мне история вспять повернулась,
Да, наверно, не мне одному.
Представления все кувыркнулись,
Непонятно, кто должен кому.

Изменились критерии жизни,
Не в почете людское добро.
И слышны лишь политиков визги,
Обнаживших гнилое нутро.

Очень многое я не приемлю,
Ложь, продажность, двуличность людей.
Не за этим пришел я на землю,
Чтоб растратить с годами друзей.

Где же совесть, мне данная с детства,
Где же искренность и доброта?
Что оставлю потомкам в наследство,
Если жизнь проживу без следа.

Дано время подумать и сделать.
Не пришел еще жизни конец.
Чтобы сын продолжал мое дело,
И гордился, достиг что отец.

Октябрь 1999г.

     >>

Незабудочка

Весна пьяная затуманила,
Разум мой не обласканных лет.
И пошел по любовным проталинам,
Напролом, под игру кастаньет.

Улыбалась рубинами алыми,
Мне девчонка, сжимая цветы.
И конечно ее звали Аллою,
Из ее я был тоже мечты.

Закружился в безудержном танце,
И от счастья зажмурил глаза.
Я не мог оторваться от шанса,
Но уже надвигалась гроза.

Отозвал меня кореш за угол,
Фото девочки мне засветил.
В неглиже была Алла с подругою,
И тариф, кто ей сколько платил.

За туманом глаза изумрудные,
Прошептали неслышно слова:
"Было детство мое очень трудное,
От того на панель и пошла".

Алла, Аллочка , незабудочка.
Я хотел взять тебя под венец,
Отплясала фортуна под дудочку,
Твоим детям не буду отец.

И твое непонятное прошлое,
Пусть оставит меня в стороне.
Все решим мы давай по - хорошему,
Красота, твоя нынче в цене.

15. 10. 1999 г.

     >>

Взгляд из провинции

Ни к чему причиндалы столичные,
Есть в провинции прелесть своя.
Соблюдая границы приличия,
Здесь скрывается дух бунтаря.

За кремлевскими важными стенами,
В атмосфере бессовестной лжи,
Потерялись бы мы манекенами,
Черный ворон над нами б кружил.

Пусть брусчатка потрескалась временем,
Вековые просели дома.
Мы живем незапятнанным племенем,
Переняв декабристов права.

Да, наш город стоит на окраине,
Вдалеке от московских интриг.
Но зачтется нам наше старание,
Когда выйдем в князья из расстриг.

Прогремит в Белокаменной вотчине,
Из провинции Божеский глас.
И тогда убедитесь воочию,
Что живут самородки у нас.

17. 10. 1999 г.

     >>

Парочка (шутка)

Малолеточка. Девочка милая,
Сквознячок в голове, сквознячок.
Ты до одури мною любимая,
Я такой, в полста лет, дурачок.

Ты накрасишь реснички лохматые,
Губки кисточкой сложишь в букет.
И пойдем мы на пару пузатые,
На гастрольный заезжий балет.

Ничего, борода, что лопатою,
Что во фраке хожу, словно франт.
Закажу себе скоро я статую,
У меня есть к искусству талант.

Кольца - кудри твои непослушные,
Мне щекочут горбатенький нос.
Я наверно их как-нибудь скушаю,
И устрою в желудке хаос.

Колобочек, моя ветрогоночка,
На весы как-то встала с утра.
И зашкалила стрелка за тонночку,
Хохотала потом детвора.

Мы с тобой, словно лебеди белые,
Ветрогонка, да я, старый хрыч.
От рождения оба несмелые,
Лучше выпьем давай, магарыч.

Самогон нам ударит по почечкам,
Разомлеем, потом засопим.
Я надеюсь, что я колобочечком,
И в сто лет буду также любим.

13. 10. 1999 г.

     >>

Память

Мой резвый скакун, подо мной не гарцуй,
Я пляску твою уже знаю.
Давай на могилку мы съездим к отцу,
Я часто его вспоминаю.

Ох, рано отец, шар покинул земной,
Внуку годика не было даже.
С Таней рядышком лег, под березой одной,
А дочка лежит уж со стажем.

В двадцать лет - первоцвет, молодая жена,
Для меня же сестренка родная.
От нас тихо ушла, словно жизнь прожжена,
Была Тани от края до края.

Таял снег на земле, той горячей зимой,
Новый год не принес только счастья.
Черный траур нарушил семейный покой,
Мы у траура были во власти.

Годы мчатся вперед и везут за собой,
Нашу память в цыганской кибитке.
И для нас тоже будет команда "отбой",
Все мы в общем, то ходим по нитке.

И в любую погоду, жару и мороз,
Нас ведет беспокойная память.
Положить на могилку, хоть пару мимоз,
Для отца и сестреночки Тани.

13. 10. 1999 г.

     >>

Ветер весточку принес...

Ветер весточку принес от седой,
Милой мамы, в казарму к сынку.
И прочтет, и слезою скупой,
Сын прижмется неловко к платку.

Фотография ляжет на стол,
Состраданье застыло с тоской.
И солдат обнимающий ствол,
Маме скажет: "Не плачь. Я живой".

Не Чечня. Дагестан стороной
Миновал. А друзья вот ушли.
Они тоже вернуться домой,
Все мечтали, но все не смогли.

Пацаны! Я ведь мог среди вас,
Оказаться на линии той,
Где солдатам ненужный приказ,
Отдавал командир холостой.

Блиндажи не спасут никогда,
Если пуля отлита уже.
Захлебнутся слезою года,
В злом смертельном войны кураже.

Инвалидов и сколько калек,
Пацанов с сединой на висках.
У кого укороченный век,
Нету рук у кого в рукавах.

Опаленное сердце войной,
Не залить, не забыть, не сломать.
Не должны мы пройти стороной,
Кто за нас шел кресты принимать.

Мы в долгу за поступки, дела,
За ребят, кто ушли на войну.
Пухом будет убитым земля,
Кто погиб, защищая страну.

13. 10. 1999 г.

     >>

Посвящается Б. Т.

Прошу тебя!

Прошу тебя! Не лезь в мои дела.
И не вторгайся в жизнь мою напрасно.
Я не хочу, чтоб снова ты лгала,
Не становилась ложь калиной красной.

Ты разучилась правду говорить.
Все недомолвки, полуложь , полуинтриги.
Коль не сумела дерзко полюбить,
Давай любви закроем вместе книги.

Поднять былые чувства не смогли,
Пускай дороги наши разойдутся,
Я пожелаю Вам: "счастливого пути",
Поклонники у Вас еще найдутся.

Мечта хрустальная осталась лишь мечтой,
Но главное - цела и не разбита.
И пусть огарочек напомнит мне свечной,
О книжной девочке по имени Лолита.

Под псевдонимом скрою я тебя,
И ветер разнесет воздушный пепел.
Все в расставании прощается, любя,
Я все ж признателен, тебя, что в жизни встретил.

12. 10. 1999 г.

     >>

Я за червонцы друзей не меняю...

Я за червонцы друзей не меняю,
И звание суки носить не хочу.
Пускай по статье лучше уж расстреляют,
Веселье достанется пусть палачу.

В калейдоскопе меняются масти,
Здесь плавится совесть прожжённых идей.
Быть лучше отверженным узником власти,
Чем звонкое имя носить прохиндей.

В зеркале видятся часто изъяны,
Плюмажем не скрыть недостатки лица,
Я в стельку накушаюсь, буду я пьяным,
Но славу иметь не хочу подлеца.

Быть плагиатом желания нету,
И на халяву сорвать сладкий куш.
Все равно призовут меня где-то к ответу,
Оркестр проиграет торжественный туш.

В кордебалетах житейских проталин,
Слышится мне чей-то мудрый совет.
Не нужно копаться на пепле развалин,
Иди, оставляя, по жизни свой след.

Пусть отпечатки врежутся в память,
Долгую память прекрасных идей.
Никто не посмеет напрасно охаять,
Добрые мысли хороших людей.

23. 04. 1999 г.

     >>

Не смотри, что я голый и босый...

Не смотри, что я голый и босый,
Не смотри на интимный прикид.
И не нужно напрасных вопросов,
Я живой, и пока не погиб.

Получи белоснежные розы,
Я с любовью тебе их принес.
И утри же хрустальные слезы,
Ты богиня, я преданный пёс.

Не суди попрошу за одежду,
Мне на тряпки давно наплевать.
Давно весят ярлык мне невежды,
Научись ты таким принимать.

Ты же знаешь, что я максимально,
Жить стараюсь всегда и во всём,
Чтобы было везде натурально,
Чтоб душа полыхала огнём.

Не люблю я дела в половину,
Полуправду и полулюбовь.
И когда кто-то дышит мне в спину,
И когда медью плавится кровь.

Пусть другие берут себе крохи,
Я лишь максимум да потолок.
Хорошо это или же плохо,
Бог расскажет, когда придет срок.

2-З. 05.1999г.

     >>

Часто девочки мне однодневки...

Часто девочки мне однодневки,
Задают свой любимый вопрос:
Что ты видишь, жизнь вечно на древке,
Многое принимаешь всерьез.

Что сказать молодым, интересным,
Почему не пишу о траве,
Не слагаю веселые песни,
Жизнь иная досталася мне.

Желторотые листья опишет,
Пусть мальчишка семнадцати лет.
А мои же стихи тот услышит,
Кому близок нелегкий сонет.

В не целованных травах купаться,
Я сегодня еще не готов.
Довелось мне пока надрываться,
И бежать от железных оков.

Я ищу свое хрупкое счастье,
То в подвалах, а то во дворцах.
Надоело бесцельно мотаться,
И быть одиночкой в отцах.

Знаю я, не хватает сынишке,
Материнских, заботливых рук.
Сколько можно моему мальчишке,
Выпивать чашу горестных мук.

Я в долгу, перед многими очень.
Перед сыном в долгу я вдвойне.
Сын простит меня, если захочет,
И подарит прощение мне.

5. 05. 1999 г.

     >>

Я в жизни много недодал...

Я в жизни много недодал,
И очень многое не сделал.
И отношения я рвал,
Когда друзьям своим не верил.

Подлоги по цепочке шли,
И жизнь кружилася иная.
Я презирал, кто за гроши,
Судьбой играл, любовь пиная.

Я нищим хлеба подаю,
И над святым не надсмехаюсь.
Своих друзей не продаю,
А за грехи всегда я каюсь.

На паперть может стать любой,
Страховкой жизнь свою не купишь.
Не издевайся кто босой,
Цени же тех, кого ты любишь.

Паденье вниз, всегда чревато,
Когда лицо твоё в крови,
Ты чувствуешь - пришла расплата,
Лишь кровью смоешь ты долги.

Хлестает жизнь. Хлестает больно.
Но, стиснув зубы, помолчи,
Судьбой отмеченный невольник,
Покайся в темноте ночи.

Скупые слезы смоют солью,
Пороки грешные души.
Наполни сердце ты любовью,
С любовью к людям поспеши.

5. 05. 1999 г.

     >>

Банановая страна

В кабриолете я поеду к островам,
Где круглый год банановое лето,
Где дамы не гуляют без панам,
Где на куренье наложили вето.

Под пальмами построю я шалаш,
И негритяночку возьму к себе в супруги.
Аборигенам ночью сделаем шабаш,
И танцевать мы будем буги-вуги.

Ой, лето знойное, жара прекрасная,
На небе тучки не отыщешь днем с огнем.
В Сибирь холодную, да не согласен я,
Нектар банановый мы сутками все пьем.

Здесь аллигаторы всегда водилися,
Эксперимент я сделал, будьте спок.
Глаза зеленого враз округлилися,
На кружку пригодился черепок.

Мне очень нравится в горячей Африке,
Лежать на солнышке под фиговым листом.
И кушать острую их пищу в паприке,
И вытирать пот шелковым платком.

А за морями да за океанами,
Снега холодные да вьюжная метель.
Пусть лучше буду я икать бананами,
Но не сменю я свой шалаш - отель.

Простите вы меня, здесь очень хорошо.
Я с папуасами уже дружу.
Вас заметет, когда пургой-порошею,
К себе вас в гости всех я приглашу.

14.10.1999г.

     >>

Человек

Человек не сломался, побывав в мясорубке,
Где судьба подложила свинью.
Он вернулся с войны, вместо ног два обрубка,
Он у смерти стоял на краю.

Баба слезы в платок. Тряпки быстренько в кучку,
И скорей за семейный порог.
Напоследок сказав: "Там остался бы лучше,
Ты не нужен мне, милый, без ног".

Слезы хлынули градом, водопадом - рекою,
Не сдержался и крепко запил.
В одно утро сказал, сняв похмелье рукою:
" Бог - судья, а жену я простил ".

Стиснув волю в кулак, как бывало и прежде,
В жизнь вцепился натужно дыша.
И спасала любовь, вера вместе с надеждой,
Оживала из пепла душа.

Вот такой коленкор. Человек не сломался,
Не озлобился сердцем, хоть мог.
Испытанья, пройдя, ЧЕЛОВЕКОМ остался,
Счастья, друг. Да храни тебя Бог.

09. 10.1999 г.

     >>

Пляшут чертики в глазах...

Пляшут чертики в глазах. Караул.
Первый омут и я сам не свой.
Я во взгляде твоем утонул,
Пусть спасет меня твой вороной.

Не встречал никогда и нигде,
Обалденных таких карих глаз.
Попадаются в жизни, в судьбе,
Они только, наверное раз.

Мы давай запряжем вороных,
И поедем в бескрайнюю ночь,
Где нарву я цветов полевых,
Отгоняя сомнения прочь.

Ты моя! Я тебя столько лет,
По лесам, по полям, по земле,
Все ходил и искал беглый след,
Спотыкаясь, конечно, во мгле.

Я рассвет подарю и росу,
И звезду, что упала в ладонь.
Черную я прошел полосу,
И по белой несет меня конь.

В светлом храме лампадку зажжем,
Наше хрупкое счастье храня.
Все печали сгорят пусть огнем,
Для детей, для тебя, для меня.

14. 10. 1999 г.

     >>

Псы, уймитесь...

Псы, уймитесь. Не рвитесь на волю,
Пусть не лязгают ваши клыки.
Вы - на привязи. Вы - на приколе,
Спрячьте взгляды, полных тоски.

Вам ошейники шеи натерли,
И клыков разменялся оскал,
И в облезлых уже, не в матерых,
Ходит тот, вами правил кто бал.

Беспризорники вы - я такой же,
Надоели мои кандалы.
Я невольник свободной России,
Каторжанин любимой страны.

Есть права, есть закон, кодекс чести,
Много дали ненужных мне дел.
Но в верхах все помечены лестью,
И, воруя, не знают предел.

О народе своем позабыли,
В махинациях тонет страна.
Ниже грязи себя опустили,
И забыли, что жизнь лишь одна.

Не судья, не пророк, но обидно.
Что вы сделали с Русью моей.
Вы покайтесь, пусть будет вам стыдно,
Сделайте что-нибудь для людей.

02.07.1999 г.

     >>

Плаха

Я по плахе ходил пятилетку.
Отмотав мне навязанный срок,
Возвратился не сломленной веткой,
Каторжанский покинув острог.

Было время подумать по полной,
Кто статью под меня подтянул.
И клянусь перед старой иконой,
Я узнаю, костер кто раздул.

Обрусевший с годами неволи,
И узнавший, как пахнет статья.
Думал я, что меня хлебом-солью,
Встретит дома родная семья.

Промахнулся и в мыслях, и в деле.
Дома мне от ворот - поворот.
И жена, провожая от кельи,
В спину кинула пару острот.

С лучшим другом, как сука, схлестнулась,
Замутили на пару они.
Взяв меня, мусора лопухнулись,
За решетку, когда упекли.

А, жена еще в той, вольной жизни,
За моею крутила спиной.
Словно грани надломленной призмы,
Охранял стародавний конвой.

Близкий друг оказался на редкость,
Беспринципным, гнилым, словно сук.
Лучше б он отмотал пятилетку,
Раскрутился б по полной паук.

Время в жизни расставило точки,
Не несчастьи зажгли вы костер.
И пускай вам в медовые ночи,
Отходняк проиграет тапер.

14.10 1999 г.

     >>

Перестук

Под мелодию колес - перестук,
Мне в плацкарте никак не спалось.
Я когда - то бежал этот круг,
И вот нынче опять довелось.

Также осень играла дождем,
И тянулся знакомый пейзаж.
Ехал я не за длинным рублем,
Две рубашки взяв только в багаж.

От себя я бежал, от себя,
Догоняя черту - горизонт,
Где-то сбилась моя колея.
Правду мне заменил легкий понт.

Хмель ударил, и новый сосед,
По гитарной прошелся струне.
Он в годах, и давно уже снег,
Поселился в его голове.

Но он также бежал, как и я,
Неслучайно столкнулись в пути.
Стойких два по судьбе бобыля,
Где же станция, чтоб нам сойти.

Рвала струны рука старика,
И грустил утомленный аккорд.
Он вопрос задавал облакам,
Он отгадывал жизни кроссворд.

Но никто не давал нам ответ,
И гремел перестук, перестук,
Нам не нужен ничей был совет,
Просто нравился нам этот круг.

Октябрь 1999 г.

     >>

На земле есть плеяда мужчин...

На земле есть плеяда мужчин,
Не особо люблю только их,
Что всегда, без весомых причин,
На горбу едут женщин своих.

Дома трутни сидят целый год,
Лень работу им даже искать,
И не знают семейных забот,
Как детей на гроши содержать.

Ну, а пчелки. Они от зари,
На работе сгорают до тла.
Пусть мозоли и пусть волдыри,
Для семьи тоже хватит тепла.

Тешат мыслью себя лежебоки,
Что у них есть на отдых права,
Наплевать им на бабские склоки,
Ведь мужчина в семье - голова.

Ну, а милые женщины наши,
Позабыли любовь и покой,
И живут, словно в кельях монашки,
Отделившись от мира стеной.

С большой буквы мужчиной стать трудно,
Быть оплотом жены и детей,
Стать причалом семейному судну
Для себя и для близких людей.

03. 10. 1999г.

     >>

Пламя любви...

Пламя любви обожгло, опалило,
Ты появилась как сладкий мираж.
Время прошло - но все это было,
Было как сказка, как райская блажь.

Я помню огонь твоих губ ненасытных,
Ночи, как свечи, сгорали в любви.
Счастье у нас было Богом омыто,
Прошу я у Бога, те ночи верни.

Верил речам я твоим горько-сладким,
От близости с милой хмелел без вина.
А встречи летели мгновеньем - украдкой,
И времени не было даже для сна.

Рассвет - мальчуган не тревожил напрасно,
Он все понимал, словно древний мудрец.
А мы наслаждались, была жизнь прекрасна,
Биение слушали наших сердец.

Остались лишь угли. Ветер шквалом пронесся.
И пламя любви потушил.
Но сердце в груди от сказки той бьется,
Прости, я, порвав - согрешил.

03. 10. 1999г.

     >>

Мне надломленное счастье...

Мне надломленнее счастье,
Под хрустальный перезвон,
Было кинуто судьбою,
На стези крутой излом.

Неприкаянная встреча,
С расставаньем впереди,
Пусть накинет плащ на плечи,
Под июньские дожди.

Ты вопрос задав однажды,
Не услышишь мой ответ.
И слезинкой с ресниц влажных,
В сердце ты оставишь след.

В моей памяти страницей,
Не прочтенной никогда,
Улетишь ты вдаль, как птица,
С неба падшая звезда.

Я тобою был не понят,
Ты лишь верила молве,
А меня по жизни гонят
Эти сплетни по земле.

Сам себя, не зная толком,
Я хочу себя найти.
Надоело быть мне волком,
В этом жизненном пути.

18. 04. 99г.

     >>

Моя душа пошла вразнос...

Моя душа пошла вразнос.
Я окунулся в омут пьянства.
Застыл несказанный вопрос: -
Зачем нарушил постоянство?

Зачем мне нужен алкоголь?
Что потерял в дурмане диком?
Свою печаль, тоску и боль,
Ищу в стакане я безликом.

Пивная, где табачный смрад,
На плечи давит мне тоскливо,
И горькой я совсем не рад,
Когда нет с нею кружки пива.

Похмелье серостью пустой,
В затылок мне невольно дышит,
И совесть, словно сухостой,
Мой голос разума не слышит.

Не знаю я, зачем вино,
Все познаю - не познавая,
И узнавая жизни дно,
Себя меняю - не меняя.

Мне в жизни многое знакомо.
Я падал вниз и вверх взлетал,
И тишину всегда у грома,
Я находил, когда искал.

Надеюсь я, что чарка водки,
Не будет спутницей моей,
А будет, как причал для лодки,
Всегда налита для гостей.

Не надо в пьянстве искать счастья,
И голос разума глушить,
Себя разменивать на части,
С любовью надо просто жить.

10.02.1999г.

     >>

Тебе цена - червонец в будни...

Тебе цена - червонец в будни,
И четвертной - по выходным.
С тобой приятно сходить в гости,
К друзьям, знакомым и родным.

С тобой в кабак неплохо выйти,
Чтоб удивился местный свет.
Таких красивых здесь немного,
А временами просто нет.

Улыбки даришь ты прохожим,
А поцелуи даришь мне.
Сегодня ты пока в почете,
Сегодня ты еще в цене.

Привыкла ты ходить по барам,
И знаешь все сорта вина,
В кровати ночью заласкаешь,
Особенно, когда пьяна.

С тобой легко мне и свободно,
Ты вольна в действиях своих,
Меня с тобой соединяет,
Одна перина - на двоих.

Ты молода и любишь деньги,
Славу любишь, и почет,
И когда другие платят,
Тебе, вручают если счет.

За пятаки, червонцы, трешки,
Ты можешь многое отдать,
За эти мятые бумажки,
С любым готова лечь в кровать.

Пройдут года, совсем немного,
И сможешь ты тогда понять,
Что за распущенные годы,
Зовут не зря тебя все б...ь.

И будет больно и обидно,
Но в этом лишь твоя вина.
За все мы платим в этой жизни,
За все назначена цена.

Февраль, 1989г.

     >>

Вечер окутал мглою нечаянной...

Вечер окутал мглою нечаянной,
Нежные плечи, любимой моей,
Только глаза отзывались отчаянно,
На крик улетающих вдаль журавлей.

Сердце, как капля воды родниковой,
Нежный толчок, разгоняющий кровь,
Ветер осокой шумел тростниковой,
Тихо на свет зарождалась любовь.

Листья шептали безумные сказки,
Звезды манили в прекрасную даль,
И незабудки, свои, пряча глазки,
На нас наводили легонько печаль.

Все в этом мире огромном прекрасно,
Я слышу, как громко пульсирует кровь.
Здесь даже время над нами не властно,
Где Веру с Надеждой венчает Любовь.

Жизнь продолжается. Новые строчки,
Напишет какой-нибудь, где-то пиит,
Мама с любовью прочтет своей дочке,
Эти стихи, если их сохранит.

30.01.1999 г.

     >>

Крылья ночи пополам...

Крылья ночи пополам,
Нежно таяли во мгле,
Тишина шептала нам,
Сказку о добре и зле.

Тлел костер и уголечик,
С поволокой пряча глаз,
Словно маленький сыночек,
Наш подслушивал рассказ.

И росинки, как слезинки,
Вновь рождалися на свет,
С добротою материнской,
С пожеланьем долгих лет.

Звездопад летел на плечи,
К нам с улыбкой на устах,
Будет день и будет вечер,
В этих сказочных местах.

Все уходит и приходит,
Будоража снова кровь.
В звуках сказочных мелодий,
Будет вечной лишь Любовь.

23.07.1998 г.

     >>

Не судите меня кривотолки

Не судите меня кривотолки,
Быть я в вашем плену не хочу.
Разговоры все ваши без толку,
За себя я сполна заплачу.

За дела, за поступки, утехи,
Я ответил порой и не раз,
И поэтому мне не до смеха,
Когда слово, не в бровь бьет, а в глаз.

Незначительный вроде поступок,
Кровью пах, а порой и рубцом.
И за то, что не делал уступок,
Часто был я с разбитым лицом.

Пересуды соседей по дому,
Сплетни связаны в узел тугой,
И помягче стелили солому,
Чтоб больней я упал головой.

В судьи метят у нас поголовно,
Каждый хочет быть чьим-то судьей,
Но других, осуждая условно,
Очень трудно остаться собой.

Не стремитесь попасть в прокуроры,
На себя вы прикиньте наряд,
Чтоб, читая другим приговоры,
Свой стыдливо не прятали взгляд.

12.03.1999г.

     >>

Стой гнедой

Стой гнедой! Не гони надрываясь,
Жилы рвать мне сейчас не резон.
Над судьбою своей надсмехаясь,
Потерял я спокойствия трон.

Сердце бьется усталое в клетке,
Обнаженная стонет душа.
Разменял я рубли на монетки,
У себя не оставил гроша.

Что же делать? Юные годы,
Не загонишь опять в кабалу.
Узнавая вкус сладкой свободы,
Не отдашь свет за черную мглу.

Ну, а зрелость. Она на подходе,
Всех печатью отметит своей,
Чтобы мы, в свои лучшие годы,
Не теряли напрасно друзей.

Горизонт. Где-то спряталась старость,
Как шалунья играет она,
Чтоб с души убирая усталость,
Чашу жизни я выпил до дна.

Колесница по времени мчится,
Унося в бесконечный свой путь.
Что дано, то пускай совершится,
Мне с пути никуда не свернуть.

11.03.1999г.

     >>

Нет благородной лжи на свете

Нет благородной лжи на свете,
Любая ложь, всегда есть ложь.
Других обманывать ты можешь,
Но от себя друг не уйдешь.

Лежит на сердце ложь подспудно,
Она - балласт души твоей.
Порой сказать так правду трудно,
Неправда кажется милей.

Но совесть бьет в набат тревожно,
Она - чистилище души,
И по ночам тогда загложет,
Шепча мне: "Ложью не греши.

Зачем такой проступок сделал?
Неправдой правду заменил,
Других, обманывая, смело,
Себя за это невзлюбил".

Я каюсь. Лгал. Хотя не много,
Но оправданья все же нет.
Прошу прощения у Бога,
Чтоб дал в конце тоннеля свет.

Не прикрываться благородной,
Ложь всегда рождает стыд.
Как в глаза смотреть народу,
Когда душою не умыт.

Простите все, кого невольно,
Своей я ложью наделил.
Поверьте, что мне тоже больно,
За грех, который совершил.

Но буду я всегда стараться,
И цели я тогда добьюсь.
Неправдой грязной не мараться,
Я верю, что я изменюсь.

24.02.1999г.

     >>

Узнавая у жизни последнюю грань

Узнавая у жизни последнюю грань,
Я бегу, словно волк-одиночка.
Отдавая долги, как ненужную дань,
Расставляю в делах свои точки.

Не пугает меня запредельный запрет,
Я давно нахожусь в одночасье.
Не написан пока мой последний куплет,
И не познан вкус сладкого счастья.

И в попутанных числах, раскованных дат,
Свистопляска манила свободой.
Предъявляя по жизни бессрочный мандат,
Я растрачивал прошлые годы.

В клоунадах ночей, пел немой Арлекин,
Исполняя романс бессловесный.
И на вздохе последнем, на выдохе сил,
Становился земной и известный.

И у каждого нас есть своя в жизни роль,
Как мужчине подайте невесту.
Отыщите вы радость, забудьте про боль,
И найдите свое в жизни место.

23.03. - 26.03. 1999г.

     >>

По горло сытый с малолетства

По горло сытый с малолетства,
Попреком множества людей,
И горькой радости наследство,
Впитал с детсадовских я дней.

Добро добром не пахнет вовсе,
Когда замес идет на зле.
Добро - тепла с любовью просит,
Роняя слезы по Земле.

Сухая корка так бездушна,
И горло рвет вперекосяк,
Когда для крошек нет отдушин,
Когда надломлен твой костяк.

Упрек, заслуженный без дела,
Хлыстом бьет больно по спине.
Душа, как будто омертвела,
Ища спокойствия в вине.

Людей обидеть так несложно, -
Просить прощения трудней.
На зло, добром ответить можно,
И стать тогда чуть-чуть мудрей.

Коль на попреки ты не сдержан,
Слова - колючки ерунда,
То будь, пожалуйста, подвержен,
Просить прощенья иногда.

7.07.1999г.

     >>

Не стреляй в лебедей белокрылых

Не стреляй в лебедей белокрылых,
Отпусти черно-грязный прицел.
Видишь, звезды над ними застыли,
Серенаду им месяц запел.

Пусть летят неподкупные птицы,
Молодой и счастливой семьей,
Пожелай лучше им возвратиться,
Счастья им пожелай над Землей.

Лебединая гордость известна,
Про их верность легенды кладут.
Непорочные наши невесты,
Не всегда нас так преданно ждут.

Крохи пуха оставит на память,
Крыльев их неподвластный изгиб.
Улетай лебединая стая,
И в пути чтоб никто не погиб.

Возвращайтесь весной долгожданной,
Украшайте наш пруд красотой.
Ограняя весь мир многогранный,
В нашей жизни такой непростой.

9.04.1999г.

     >>

Не хлестай лошадей понапрасну

Не хлестай лошадей понапрасну,
Ставки сделаны нынче не те.
Я отсюда уехать согласен,
Жизнь гоняет меня по петле.

Я покину родные пенаты
И узнаю другие края,
Чтобы не был я здесь виноватый,
Без вины грех, беря на себя.

Жизнь загнала меня в темный угол,
Беспредельный вращается круг.
Жилы - струны натянуты туго,
Когда предал единственный друг.

Не хочу быть холуем у власти,
Не могу на коленях стоять,
Если выпали в жизни напасти,
Надо стойко удары принять.

Пусть халдеи подавятся смехом,
Пусть холоп захлебнется слюной.
Я уехал, уехал, уехал,
Я уехал, оставшись собой.

16.03.1999г.

     >>

Мне бы синего неба глоток

Мне бы синего неба глоток,
Мне бы чистого счастья немножко.
Мне бы милых волос завиток,
Положила бы ты на ладошку.

Я возьму твою белую прядь,
Словно воздуха нежную дымку.
И никто не посмеет отнять,
Долгожданного счастья пушинку.

И пускай темноглазая ночь,
Успокоит ушедшие раны.
И зачать нам захочется дочь,
И уехать в заморские страны.

Зацелую тебя, залюблю,
Ты утонешь в бескрайности ласки.
И открою я душу свою,
В волшебстве не придуманной сказки.

На святой ты ответишь порыв,
В искушении быть королевой.
Сколько ждали мы светлой поры,
Чтобы стать нам Адамом и Евой.

Впереди этот сладкий мираж,
А сегодня горда ты, надменна.
Я когда разбанкуюсь в тираж,
Ты тогда станешь лебедью верной.

25-26.04 1999г.

     >>

Гремит в подворотнях ненужная слава

Гремит в подворотнях ненужная слава,
Грохочет лавиной молва.
Имею в стране я бесправное право,
Дела разменял на слова.

И в балагане судьбы искрометной,
Рожденный для доли отцов.
Обвенчан с вдовою я был стихоплетной,
Под знаком родных Близнецов.

Год Лошади мчался. На полустанках,
Он вновь возвращался на круг.
В дороге, встречая мальчишек-подранков,
Менял я врагов на подруг.

Девчат хороводы шли вереницей,
Слетала фата на плюмаж.
Не все отпечатались в памяти лица,
От бала, где правил кураж.

Пусть надсмехаются злобные люди,
Над горькою долей моей.
Не знаю, как ваши раскрутятся судьбы,
В подметках сегодняшних дней.

Зла не желаю, любви не имею,
Живите, как хочется вам.
Я за себя лишь ответить сумею,
За свой недостроенный Храм.

7.04.1999 г.

     >>

Мне холодная постель суждена

Мне холодная постель суждена,
Хоть красавица рядышком спит.
Все равно не родная жена,
Не о ней мое сердце болит.

Не нашел я в свои 33,
Половину вторую свою,
С кем хотел бы бродить до зари,
И кому бы сказал, что люблю.

Не один я, наверно, такой,
Ковылинка в бескрайней степи.
Обделенный жестокой судьбой,
Заблудившийся путник в пути.

Посмотрю я вокруг - чудеса.
Сколько рядом девчонок- невест,
У которых глаза - небеса,
Ну а я одинок, словно перст.

Ничего. Будет все хорошо.
По натуре ведь я оптимист,
И найду, что пока не нашел,
Улетит одиночества лист.

30.09 - 01.10.1999 г.

     >>

Я немножко оплошал, корешок

Я немножко оплошал, корешок,
Ты за это меня извини.
Но верни беспроцентный должок,
Ты не прав. И меня ты пойми.

Взял на дело ты ссуду. К чему?
Промотать, прогулять в кабаке.
Если дело не по плечу,
Ты зачем подписался в строке.

Деньги может любой прокутить,
Заработать - не каждый силен.
И хвостом здесь не стоит крутить,
Коль в загулы без рамок влюблен.

Твой язык - не товарищ тебе,
За язык ведь никто не тянул.
Ты болото подставил себе,
Сам в трясине потом утонул.

Слово вылетит - не воробей,
И тогда отвечать есть резон.
Говорить никогда не робей,
Коль мужчина, а не пустозвон.

Учит жизнь отвечать за слова,
За дела, за поступки свои.
Справедливости пусть жернова,
Нам помогут остаться людьми.

03.10.1999 г.

     >>

Я шел по чистой улице

Я шел по чистой улице и думал о своем,
Тихонько осень песню напевала.
Навстречу шла мне женщина, и взгляд ее
Горел огнем. Вдруг женщина сказала:

"Алеша! Подожди! Да ты ли это, Леш?"
Остановился я, невольно глянул.
По телу пробежала нервно дрожь,
И 20 лет, как день один, что канул.

Стоял мой первый школьный педагог!
Учительница милая, родная.
Отмерил в жизни много я дорог,
А вот к учительнице вывела кривая.

Стою. Смотрю. С трудом, но узнаю,
Седая и в морщинках, плохо видит.
И напрямую сразу говорю:
"Простите, что невольно смог обидеть.

Что я прошел и Вас не разглядел,
Я виноват, простите мне оплошку".
Она в ответ: "Такой же ты пострел,
Ты все спешишь, мой ученик, Алешка".

Спросил и я: "А как у Вас идут дела?
Как со здоровьем? Как на пенсию живется?"
Летит в ответ, что пенсия мала,
На даче потихоньку с мужем бьется.

Любовь Антоновна! Простите вы меня,
И одноклассников моих простите тоже.
Вы скажите: "Нет дыма без огня.
Учителей своих забыть негоже".

┘Нас раскидала жизнь по весям, городам.
Мы в люди выбились, и взрослые все стали,
Благодаря учения плодам,
Учителям, что так нас воспитали.

06.10.1999 г.

     >>

Водопадом волосы льняные

Водопадом волосы льняные,
Падают распущенной волной.
Боже! До чего они хмельные,
Я тону с тобой в них под луной.

Желтоглазая красавица на небе,
Не свети, нам без тебя светло.
Лучше посвяти ночной молебен,
Наших душ соедини тепло.

Для своей любимой я достану,
Самую красивую звезду.
И дарить подарки не устану,
Я еще ей звездочку найду.

Ветерок, любимый сын природы,
Будет милой серенады петь.
И расскажет, как скучал я эти годы,
Сердце нежное устало, как болеть.

Где ты милая с льняными волосами,
Васильковые где спрятаны глаза?
Если чудо есть под небесами,
Мне отдаст его весенняя гроза.

03.10.1999 г.

     >>

Нет больше радости в глазах

Нет больше радости в глазах,
Улыбка с губ уже пропала,
Лицо укуталось в слезах,
А жизни прожито так мало.

Скажи! Зачем напрасно рвем,
Все отношения, как нити,
Не ценим мы, не бережем,
Мгновенья прожитых событий.

Кого винить, что понапрасну,
Себя теряем в мелочах,
А жизнь одна - она прекрасна,
И мы в ней куклы при свечах.

На поруганье мы кидаем,
Любовь, единство и мечты,
Не сознаем, не понимаем,
Что виноваты я и ты.

Раздоры, склоки, расставанья,
Не принесут нам радость в дом.
Давай за счастье, созиданье,
Бокал наполним мы вином.

Не будем прошлое тревожить,
Пускай отступит суета
Нам надо счастье приумножить,
И в мире жить годов до ста.

25.06.1999 г.

     >>

Я бросил рисовать

Я бросил рисовать - нет больше ярких красок,
И позабыл стихи - здесь рифма не идет,
Пойду на карнавал, где много разных масок,
Где кто-нибудь меня, наверно, давно ждет.

И на балу меня - одна пленила маска,
Как у Мальвины вид, как у Авроры взгляд.
И позвала меня в свою лесную сказку,
Где гномики живут и племя сатанят.

Я голову забыл, на пляске - карнавале,
За феей полетел в ее чудесный лес.
Деревья и трава, все сразу заплясали,
А в самого меня вселился странный бес.

Я хохотал до слез, не мог остановиться,
И плакал, как дурак, хоть не было причин,
И шарик подо мной, мог запросто разбиться,
Для феи был своей, я лучший из мужчин.

Мальвина вдруг взяла и маску приоткрыла,
От удивленья я разинул сразу рот,
Мое веселье вмиг волною как-то смыло,
Передо мной стоял огромнейший циклоп.

Вот это чудеса, подумал я в сомнении,
Как этот странный зверь, попал на карнавал,
Да лучше б на меня напало вдохновенье,
И я тогда стихи красками б писал.

06.10.1999 г.

     >>

Я вознес тебя в ранг королевы

Я вознес тебя в ранг королевы,
И к ногам кинул шарик земной.
Для тебя я давно был не первым,
Да и ты для меня не второй.

Позабыл я о прошлых девчонках,
Пацанов на тебя поменял,
Чтоб веселье катилося звонко,
Чтобы лик твой улыбкой сиял.

Я придумал себе эйфорию,
Строил замок из кучи песка,
Над которым богиней парила,
Та девчонка, что стала близка.

Но внезапно нахлынули тучи,
Небо кинуло под ноги гром,
И судьба сразу стала колючей,
У богини разрушился трон.

Оказалось, что замок не вечен,
Эйфория была лишь игрой,
И судьбою опять покалечен,
Этой майской безумной порой.

Все девчонке казалося шуткой,
Хохотанье не знало границ.
И игра растворилась минуткой,
Время кинуло карточку блиц.

Отгремело. Отхохоталось.
И стакан без вина не стакан.
Что поделать, все враз поменялось,
Было счастье, а стало обман.

20.05.1999 г.

     >>

Я с подворотен вышел родом

Я с подворотен вышел родом,
Меня вскормили снегири.
В хороших я - с простым народом,
А с лицемерами - в штыки.

Социализма ветвь кривая,
Где уравнительный закон.
За правду люди шли страдая,
Глушился колокольный звон.

С трибун ораторы трубили:
"Да здравствует рабочий класс!"
А сливки общества рубили,
"Капусту" с пролетарских масс.

На демонстрации в колонны,
Под транспарантов алый цвет.
Послушать речи пустозвонов,
Шагали 70 мы лет.

Талон на водку, на колбаску,
Пол-литра в руки, полкило.
И секретарь твердил нам сказки,
Буржуев время что сгнило.

Года идут, но к власти рвутся,
Не работяги с головой,
А кто умеет низко гнуться,
В момент стать тряпкой половой.

Скажу я честно, мне Россию,
Все ж по сыновьи очень жаль.
Дожди и те отморосили,
Не смыв страны родной печаль.

Но я надеюсь, капли смоют,
Налет и пыль, нарыв и гниль.
Не будет больше паранойи,
На смену шторму придет штиль.

Ноябрь 1999 г.

     >>

Бессонницей ночной

Бессонницей ночной. Глаза, когда сухи,
Когда все слезы вылиты в подушку,
Ты вспомни обо мне и позови,
И ветру пару слов шепни на ушко.

Он принесет мне от тебя привет,
Расскажет, что сама мне не расскажешь,
Как бережешь ты снимок, мой портрет,
Как на простынку тушь рукою мажешь.

Гордыня не позволила тебе,
Признаться, что была совсем не права,
И горько одинокой быть в беде,
Вернулся бумеранг крутого нрава.

Как ночи тянутся, как вечера пусты,
Как неуютно стало в этих стенах,
И розы сорваны, и голые кусты,
Сведут с ума, наверно, во Вселенной.

Что мы имеем, к сожалению, не ценим,
Не бережем любимых, не храним.
Потом, готовы встать и на колени,
Вернуть, кто был когда-то, так любим.

Отрезки жизни. Меченые даты.
Я сам прошел отрезков длинный путь,
Других винил, а сам был виноватый,
Но прошлого, конечно, не вернуть.

┘Бессонницей ночной. Глаза, когда сухи,
Прислушайся ты к ветру - почтальону.
Он принесет душевные стихи,
Сердечный поцелуй мой на ладони.

14.11.1999 г.

     >>

Куртизанка Зиночка

Куртизанка Зиночка, в гости зарулила.
На меня давно она положила глаз,
Сигарету важную без спроса закурила,
И небрежно начала свой вести рассказ.

"Что, сосед - миленочек, в гости не заходишь?
Вечера холодные не согреешь мне.
Знаю, потихонечку к себе девок водишь,
Мог бы, как ни будь, меня пригласить к себе".

Отвечаю: "Скромный я. Девочки с работы,
У меня кругом дела, на работе план.
Устаю, как пес цепной, часто до икоты,
Съем холодную лапшу, и сразу на диван.

Ну, а вертихвосточки мне не по карману.
От зарплаты нынешней не беру обнов.
А в квартире есть простор, клопам да тараканам,
Ну, а бабам подавай тряпки да любовь".

Зина не фригидная, даже очень знойная,
Наставления дала, как мне надо жить.
Две квартиры на одну, с комнату уборная,
Мы с тобой объединим, и будем не тужить.

Сразу видно - баба хват. Голова на месте.
Говорю - "А как же я. Делать буду что?"
Надо каждый день дарить, мне цветы невесте,
И давать ей на карман, рублей примерно сто.

Зина здесь уже давно все предусмотрела,
Мол, в командировочках, мужу пропадать.
А сама крутить амур, чтоб не сидеть без дела,
Надо ей бюджет семьи как-то пополнять.

Ой, жена-красавица, до любви обильная,
Все решила за меня, словно я не муж.
Мы с тобой не женимся, хоть умом ты сильная.
Лучше встречу я один холод зимних стуж.

Поищи другого ты, лопуха - миленочка,
Кто на привязи пойдет, с тобой на край земли.
Станет кто ручным твоим, глупеньким котеночком,
А меня соседка Зин, ты уж извини.

25.10.1999 г.

     >>

Первопрестольные опричники

Первопрестольные опричники,
Завет вождя, считая рвением.
Вели на праздник нас с приличием,
С коммунистическим умением.

Нас добровольно - принудительно,
Всех загоняли на субботники,
И охраняла стража бдительно,
Чтоб не волынили работники.

Идеи Ленина похабные,
Чтоб все за галочки работали.
В нас развивало чувство стадное,
От привилегий с теми льготами.

А в кабинетах, да со шторками,
За труд пила элита важная,
Не познакомившись с уборками,
Такая гнусная, вальяжная.

Вручали грамоты с медалями,
За трудодни бесплатным подданным,
А сами ехали в Анталии,
С деньгами бегали от Родины.

Ой, дядя Ленин, в мятой кепочке,
Ты приучил нас помаленечку,
Чтобы страну делили в клеточку,
Ишачили, чтоб за копеечку.

Секретари, вожди прилежные,
Уроки все твои восприняли.
Народ, скрывая за валежником,
Рабами делали с рабынями.

Нам перестройка всем до лампочки,
Охота жить по-человечески,
Чтобы ходить, так в брюках с галстучком,
Гордиться Родиной, Отечеством.

14.11.1999 г.

     >>

Я целую тебя равнодушно

Я целую тебя равнодушно,
Поцелуй, как увядший цветок.
Ты в руках моих куклой послушной,
Для себя обрела уголок.

Твои чувства ко мне не пылали,
Страстью дикой сводящей с ума,
Тебя раньше сполна обнимали,
Да и ты, другим сладко лгала.

Наша ночь пролетит незаметно,
Без любви, без следа, без огня.
Это времени верно, примета,
Равнодушная суть бытия.

В череде нескончаемых мэнов,
Я не в первом десятке уже,
И не буду с тобой откровенным,
На постельном крутом вираже.

Счет два-два. Мы на равных как будто.
Для меня ты ночной мотылек.
Разбежимся придуманным утром,
И погаснет смешной огонек.

Новым днем познакомишься с новым,
И разделишь чужую постель.
Ты меняешь мужчин, как обновы,
Сучек так же меняет кобель.

Ты грешна. Да и я так же грешен.
Нет, наверно, святых на земле.
Но пошлем все пороки мы к Лешему,
Света луч пусть пробьется во мгле.

11.11.1999 г.

     >>

Не привязан я к датам ушедшим

Не привязан я к датам ушедшим,
И давно раскатал кандалы.
Не копаюсь напрасно в умершем,
И не рвусь за чужие столы.

Что искать, где уже отгремело,
Зачем память свою теребить.
И тревожить уставшее тело,
Где давно нужно все позабыть.

Не лечу я в полет поднебесный,
Мне о будущем трудно мечтать.
Я хочу, жить сейчас интересно,
А не мерзнуть, не прозябать.

Я хочу в настоящем купаться,
Брать по полной, где все потолок,
В белье грязном, чужом не копаться,
И найти в жизни свой уголок.

Жить хочу я, от края до края,
Пусть до старцев не вытянет срок,
Чтоб на одре сказал, умирая:
" Слава Богу, я сдал свой урок".

Мне объедки чужие не надо,
Пусть немножко, но только свое.
Будет лучшей на свете наградой,
Если сбудется счастье мое.

Весна 1999 г.

     >>

Не иначе

Разрисовано небо в квадрат,
Восемь лет созерцать здесь рисунок.
Отрубил мне дорогу назад,
Прокурорский сынок - недоумок.

Надругалось хмельное зверье,
Над невинностью милой девчонки.
Подвело племенное чутье,
Под прицел моей старой двустволки.

Обесчестил девчонку мою,
Не один, а в квартете с друзьями.
Он надеялся, что, я стерплю,
Умыв душу девчонки слезами.

Вседозволенность власти отца.
Кто рискнет на борьбу с прокурором?
Из сынка сделал кобеля-пса,
Подобрав прихлебателей свору.

Я бы мог проглотить эту боль,
И не слышать итог приговора,
Чтоб носить до доски гробовой,
Ярлычок свой немого позора.

Прокурорский сынок - сучья кровь,
Отлежится в больнице и точка.
И пойдет он уверенно вновь,
Обижать, кто слабей, в закуточках.

Я, конечно, судья, виноват.
Не люблю, когда девочка плачет.
Но вернуть если время назад,
Я не смог поступить бы иначе.

Октябрь-ноябрь 1999 г.

     >>

Родина моя деревянная

Родина моя деревянная,
За околицей тянется рожь.
Побывал я не раз в Белокаменной,
Не к душе мне столичная брошь.

Пусть здесь хаты сгорбатились временем,
Вместо роз у нас всюду сирень.
Я отсюда, без рода, без племени,
Появился на свет в летний день.

Мать с отцом, от сохи и мотыги,
И меня приучили к труду.
Полюбил с ранних лет читать книги,
И пшеничную в поле страду.

Церковь высилась вверх на пригорке,
Монумент стародавних времен,
Я глазел на нее из-за шторки,
И величием был опьянен.

Деревенька. Забытая Родина.
Я корнями с курганских полей.
Мне отмеренной жизни часть пройдена,
Вряд найдешь ли ты сына верней.

22.11.1999 г.

     >>

Морозец первый

Морозец первый. Красная рябина
Багровой кровью заалела под окном.
И снег пушистый, мягкая перина,
Окутал деревянный, старый дом.

Трещит огонь в печурке, как ребенок.
Я столько лет не видел этот край.
Унес мальцом меня веселый жеребенок,
А за окном во всю резвился май.

Я поскитался по измотанной России,
Где только не был я за тридцать лет,
И видел церкви, как старинные просили,
Коммунистический не слушать пьяный бред.

Я, был на Волге, по Уралу ползал,
В тайге сибирской собирал орех.
Остались отпечатанные розги,
Рубцом кровавым за проступок-грех.

Первопрестольную я видел издалече,
И слушал звон ее колоколов.
Голосовало купленное вече,
За депутатов, с сорванных листков.

А как народ живет у нас в глубинке,
Вся радость жизни - бражка да постель.
И счастье бабское, фуфайка да косынка,
Работа на колхозную артель.

Что видим мы в провинции, что знаем,
Интриг столичных сроду не понять.
На праздники, от крови предков знамя,
Торжественно шагали поднимать.

Народ спивался. И сейчас все в том же духе,
Затуманить пьяный разум без проблем.
И знаю я, все это не по слухам,
России трудно встать сейчас с колен.

А президент, он немощный и старый,
Марионетка в опытных руках.
Плетет маразматические свары,
И перед Господом не ведает он страх.

А зря. Ведь призовут к ответу скоро.
По полной спросят, что мол, с Русью натворил.
Зачем такие сделал коленкоры,
Великую страну ты разорил.

О, Боже. Дай терпение народу,
И умного, нормального царя.
А то шестерки лезут из колоды,
Занять скорее место главаря.

19.11.1999 г

     >>

Ставка сделана мне банкометом

Ставка сделана мне банкометом,
Я с судьбою сыграю на приз.
Я хочу насладиться полетом,
Вы позвольте мне этот каприз.

Ставки жесткие, взлет или омут,
Неба синь или черное дно.
Я уверен, святые помогут,
Заглянуть мне от рая в окно.

Не галдите болельщики, дайте,
Насладиться земной тишиной.
Если там хорошо, то вы знайте,
Я вас всех позову за собой.

Помолюсь перед дальней дорогой,
И на пару присяду минут.
Улетая к Всевышнему, к Богу,
Дайте фарта с собою мне в путь.

17.03.1999г.

     >>

Играй, тальяночка родная

Играй, тальяночка родная.
Твой перелив по нраву мне.
Пускай душа споет страдая,
О нерастраченной весне.

Пусть снегири повеселятся,
Гуляет "рвань" в январский день.
Меха гармошки распрямятся,
И галстук смотрит набекрень.

Россия-матушка сквозь слезы,
Забавно тешится в присест.
Мы за компанию, с мороза,
Подайте свежих нам невест.

Рубли на стол. Полтахи тают,
Несите чарочку скорей.
Мы здесь гуляем, пусть все знают,
Что русских нет людей щедрей.

И в круговерть, и дни, и ночи,
Гуляй "рванина" от рубля.
Зачем же пляжи, солнце, Сочи,
В Кургане хватит нам огня.

Ах, это время золотое,
Кордебалеты под луной.
В постперестроечном застое,
Пропляшем молодость в пивной.

19.11.1999 г.

     >>

В кредит мне выдали Советы

В кредит мне выдали Советы,
Коммунистический застой.
Повесив ромбы-эполеты,
Июньской датой роковой.

В окно буянил дождь без страха,
Сгорала падшая звезда.
И чернь строгала снова плаху,
Полынью пахла борозда.

Я был, как вроде, вне закона,
Зачат под сумраком ночи.
России яркая корона,
Дарила блики и лучи.

И окрестил меня подковой,
Гнедой, прибыв издалека.
Зажег свечу искрою новой,
Налив штоф полный молока.

Расти малец. Дерзай и думай,
И пробуждай святую Русь.
Пусть не страшат тебя лагуны,
Развей земли больную грусть.

И жеребец на счастье кинул,
Подкову в форточку - окно.
Он рядом был, вдруг взял и сгинул,
С ночным туманом заодно.

Совет гнедого о рассвете,
Чтоб Русь очнулась ото сна,
Я воплотил в стихах-сонетах,
Да будет свет! Да сгинет мгла!

17.11.1999 г.

     >>

Сорванец

Сорванец, мальчишка лет восьми,
На помойке шарится голодный.
Он сбежал из дома, из семьи,
От любви родительской свободный.

Мама дома пьет немало дней,
И сынишка ей давно не нужен.
Стало для нее куда важней,
С кем бутылка разбанкуется на ужин.

Кто отец? Не знает даже мать.
Собутыльник из плеяды горьких пьяниц.
Дело ведь не хитрое зачать,
Не ударит лишь потом о палец палец.

Предоставлен сам себе пацан,
И на воровство толкает голод.
Плохо жить мальчишке без отца,
Мать когда дает душевный холод.

Грязный, неумытый и босой,
В вечно рваных и не штопаных штанишках,
И в глазах с немыслимой тоской,
Просит подаяние парнишка.

Хлебушка купил я пацаненку,
И на сдачу взял еще конфет.
Надо детство каждому ребенку,
И родителей тепло, любовь и свет.

Сколько бродит по России беспризорных,
Брошенных, отверженных детей.
На родителях лежит печать позора,
Что ушли с дороги матерей.

Мамы, папы, пьяные! Проснитесь!
И о плоти вспомните своей.
К детям вы душою повернитесь,
Детство сделайте светлее и добрей.

12.10.1999 г.

     >>

Мне граненый уже ни к чему

Мне граненый уже ни к чему,
С алкоголем всерьез завязал.
Сколько времени был я в плену,
Пока пьяный тот круг разорвал.

Начинали обычно с пивка,
И снимался похмельный мандраж.
Потом водочка шла для рывка,
Входил в штопор наш новый кураж.

Этот бег по порочному кругу,
День и ночь - беспросветный туман.
Глотки грызли напрасно друг другу,
Если был обделен твой стакан.

Вспомнить страшно бесовское время,
Деньги, ночи, дела - в никуда.
Прорастало порочное семя,
Чистоган заменяла бурда.

Этот омут - он страшный и грязный,
Сколько в нем утонуло семей.
Не спаслись, кто однажды увязнув,
Не снимал алкогольных цепей.

Слава Богу, я спасся и знаю,
Не заманит граненый меня.
Я быть трезвым навеки желаю,
И чтоб трезвыми были друзья.

Октябрь 1999г.

     >>

Мороз - художник ночь не спал

Мороз - художник ночь не спал,
Все рисовал шедевр.
Мазки он кисточкой бросал,
Свой, обнажая нерв.

Вложил всю душу и талант,
На хрупкое стекло.
Искусству служит не педант,
А тот, кому дано.

Кому дано глаза открыть,
В простом увидеть луч.
По небу в лодочке проплыть,
И плакать из-за туч.

Кто может искоркою тлеть,
И вспыхнуть в миг один.
Кто может заживо сгореть,
Кто слову господин.

Россия гениев дала,
О них узнал весь мир.
Как лира Пушкина рвала,
Для многих он кумир.

А как Высоцкий не щадил,
Слух царственных особ.
Да он сгорел, но он ведь жил,
Он жизни не был сноб.

Я рад тому, что на Руси,
Сгорают так всерьез.
Пусть устают, так лишь без сил,
Коль мерзнут, так в мороз.

Несем мы в памяти своей,
Искусство без прикрас.
И трель исполнит соловей,
За гениев, за Вас.

26.11.1999 г.

     >>

Больничная койка меня привязала

Больничная койка меня привязала,
Невидимой нитью оков.
И в вену вонзая безжалостно жало,
Сестра по утрам брала кровь.

Мой резус на плюсе, и жизнь однобоко,
Открыла древнейший секрет.
Не стоит купаться в глазах с поволокой,
Не так уж их сладок минет.

Трехчасовая прошла передышка,
И в гости прислали иглу.
В глазах промелькнула яркая вспышка,
Плясали круги на полу.

Соседи в палате худые и злые,
Диагноз у всех здесь один.
Не нравятся больше глаза голубые,
И прелесть пуховых перин.

Красивые ноги впредь не поманят,
Хотя не уместен зарок.
Девчонки парней очень ловко арканят,
По нраву лукавый порок.

Сам испытал я не однократно,
Веселье любовных потех.
Заказана мне та дорога обратно,
Узлом завязал прошлый грех.

Весна - осень 1999 г.

     >>

На, держи мой последний целковый

На, держи мой последний целковый,
Он сегодня нужнее тебе.
Я то знаю, ты парень фартовый,
Залетев, очутился на дне.

И давай мы горбушечку хлеба,
Пополам разбанкуем с тобой.
Так и хочется бледного неба,
Взять в ладони усталой рукой.

Ты попал в передрягу, бывало,
Я и сам не вылазил из них.
Беспощадное время все гнало,
Молотило куда-то под дых.

Если спать тебе негде, бродяга,
Раздели ты со мною ночлег.
Скоротит ночь ядреная брага,
Отдохни, позабудь про свой бег.

И запомни, в беде я не брошу,
До последней рубашки отдам.
Ни за что не отдам дружбы ношу,
И не кину ее злобным псам.

Весна - осень 1999 г.

     >>

Раньше видел твой лик на иконе

Раньше видел твой лик на иконе,
Ты, наверно, спустилась с небес.
Принесли тройкой царственно кони,
Кучер был из веселых повес.

И взмахнув белоснежным платочком,
Подозвала с улыбкой лисы:
"Ты не прочь, на всю ночь, с ветерочком,
Прокатиться на край полосы".

Падать в грязь - непристойное дело,
Да к тому ж я с неробких мужчин.
Пусть несут нас, несут оголтело,
Для волнения нет мне причин.

Щелкнул кнут, и карета помчалась,
Под ногами дрожала земля,
И кибиточка только качалась,
Что такое любовь без огня.

Эта страсть - сумасшедшие ночи,
Колокольчиков искренний звон.
И горели бесовские очи,
И мои зажигались огнем.

Кучер гнал лошадей беспощадно,
Он маршрут знал давно на зубок.
Было жалко гнедых мне, да ладно,
И маячил звездою восток.

А моя неземная шалунья,
Ворковала, лаская меня.
Сладкой сказки, бессовестной лгуньи,
Повторяли слова тополя.

Рвалась пена с губ загнанной тройки,
Коренной словно был не в себе.
И скрывался овражек за колком,
Дело было, похоже, в трубе.

Но я тоже почувствовал что-то,
Гены риска себя дали знать.
Мне пока к небесам не охота: -
"Эй, ямщик! Не гони, - твою мать".

Захрапели усталые кони,
Гривы потные, пар из ушей.
Я живой и остался на троне,
Не на дне, скрытых колком, траншей.

Что шалунья скажи, ты хотела,
Почему в эту ночь позвала.
Но она мне в ответ хохотала,
Неуместны все были слова.

┘ Часто в омут кидался без страха,
Этот стих, в общем, то про меня.
Кому верил на сто, тот с размахом,
Предавал, хотя были друзья.

В жизни нашей уроков немало,
Преподносится с разных сторон.
Очень жаль, что предел интеграла,
Друзей многих увел под уклон.

Ноябрь 1999 г.

     >>

Надежда

Избушка. Тьма. Горит в ночи лучина.
И женщина за столиком сидит.
В руках сжимает снимок она сына,
Морщина вдоль лицо ей бороздит.

Уехал сын. Давно как это было,
Как будто вечность канула с тех пор.
Ну что ты сердце милое заныло,
Живой мой сын, ошибся командор.

Всего лишь год, как рюкзачок за спину,
Как слезы на крыльцо под те дожди.
"Я мам вернусь, я на войне не сгину,
Меня ты, мама, только подожди".

Поехал эшелон, и застучали,
Колеса, дни и новости войны,
И почтальоны скупо отвечали,
Что письма не идут с той стороны.

А на земле Чеченской громыхало.
Ребята шли на вражеский огонь.
Их было много, а осталось мало,
И не спасала танковая бронь.

Звучал приказ занять, потом отставить,
Как будто это шутка - не война,
И сколько там пришлось ребят оставить,
У скольких там пробилась седина.

Шли по приказу, словно защищая,
Не Родину, а чей-то интерес,
Там деньги отмывались, и прощалась,
Мальчишек жизнь за долларовый вес.

И из десятка на войне, в живых по трое,
У остальных навеки застыл взгляд.
Ну почему сурово мир устроен,
Кто за войну, скажите, виноват.

А кто-то богател на этой крови.
А кто-то строил замки и дворцы.
Не шли сыны у этих по здоровью,
Не плакали их мамы и отцы.

┘ Сжимает мать конверт. Ошиблись строчки,
Не может быть, ошибся командор.
А слезы капают тихонечко в платочек,
Надежда согревает мамин взор.

26.11.1999 г.

     >>

Заплечная

Привет заплечная. Вакансия свободна.
Нет у дороги ни начала, ни конца.
Не притворяйся ты особой благородной,
Садись и убери плюмаж с лица.

Ты семилеточку кочуешь по машинам,
Как разбежалась с мужем - начала,
Не в кабинетах предлагать, а по кабинам,
Без справки венеролога-врача.

Поднаторела ты, на поприще Венеры,
Исколесила всю Россию поперек.
Давно забыла, кто мужчина был твой первый,
Порхаешь бабочкой, дорожный мотылек.

Передают в бескрайней эстафете,
И круглый год устойчивый есть спрос.
Кому-то кажешься ты сладкою конфетой,
А кто-то скажет, что общественный отброс.

Нет тридцати, а как лицо твое помято,
Но не сменяешь ты профессию свою,
И не рыдай, сама лишь виновата,
Сама заплечную ты выбрала стезю.

11.10.1999 г.

     >>

Королевство кривых зеркал

Королевство кривых зеркал,
Для примера Россию возьмем.
Совершивших кровавый развал,
Не отыщете днем вы с огнем.

Рулевой кто огромной страны,
Кто на мель направляет фрегат.
Может ставленник он сатаны,
Сделал жизнь так похожей на ад.

Поглядите на скучные лица,
Серый быт и безрадостный труд.
Сколько можно бесплатно трудиться,
Слушать тех, кто бессовестно лгут.

Олигархи пекутся о благе,
Не народа, а лишь о своем.
И целуя кремлевские стяги,
Пешку двигают сделать царем.

Государь! Ты глава государства,
И примером своим покажи.
Возврати сам в Россию богатство,
И холопам своим прикажи.

03. 10. 1999г.

     >>

Коляска приковала пацана

Коляска приковала пацана,
Он жизнь узнал, не по бумажным книжкам.
Прошагал войну, Афганистан,
Всего хлебнул, пожалуй, даже слишком.

Кому ты нужен в четвертной с параличом,
Когда в тебе свинцовые огрызки.
Кто будет с инвалидом жить плечом,
От счастья, принимая только брызги.

Родина! Скажи хоть пару слов.
Ну, почему детей своих не любишь?
В России дети вырастают без отцов,
А тех, кто есть, в стране чужой погубишь.

Русь! Я умоляю, подскажи,
Что делать пацанам на вольном хлебе.
Дурмана разбежались миражи,
Отслужит церковь воинам молебен.

На паперть встать, а может суицид.
Или валяться пьяным в подворотне.
Россия обессилено глядит,
Одна на всех - в ответ глядят ей сотни.

Пенсии смешные, а на них,
Прожить нормально даже невозможно.
И сердце наполняет гневом вихрь,
Ну почему верха Руси безбожны.

Президент, подумай о других,
Кому трудно жить на белом свете.
Разнесется эхом пускай стих,
Маленький набат мой на планете.

Октябрь 1999 г.

     >>

Немножко о жадности

Уперся в бабки человек, кумиром стали деньги.
Все мысли только об одном, побольше их урвать.
И унижал себя порой, и падал на колени.
Грань незаметно перешел, друзей стал предавать.

Разбросил щупальца телец, порочные донельзя,
И стала жадность через край переливаться в мир.
Мыслил только о деньгах, ночами даже грезил,
И сделать для себя хотел из золота сортир.

Я знаю скучно рядом быть, с жадным человеком.
Он экономит на еде, в одежде крохобор.
И изуродован в душе, морально он - калека,
И не воруя у других, себе давно стал вор.

По большому деньги что, рисунок на бумажке.
Конечно, с ними хорошо, здесь спора даже нет.
Но если ставишь во главу, то сам как тля-букашка,
Душа в цепях и сам, как раб копеечных монет.

Не надо душу продавать и принципы святые.
Сегодня можешь при деньгах, а завтра в нищете.
Не купишь счастье и любовь за груды золотые,
Всегда душою лучше будь, ты на высоте.

Когда хозяин, а не раб, ты над бумажной массой.
Тогда на свете, говорю гораздо легче жить.
И кто беднее поделись, не оскудеет касса.
И сможешь мир вокруг себя, любовью окружить.

30.11.1999 г.

     >>

Следы из детства

Заныл рубец - изменится погода.
Барометр мой промашки не дает.
Он знает перепады времен года,
И в непогоду из меня веревки вьет.

Зашили ногу мне по малолетке.
Ступня распластана от пятки поперек.
И "розочкою" спрятанной в газетке,
Преподнесли мне памятный урок.

Хлестала кровь из раны больной, рваной.
Палас, как озеро, а тапки - островок.
Отметили навечно уркаганы,
Катился дальше жизни колобок.

Повернут нос немножечко налево,
Еще один придаток прошлых лет.
Ходил я как-то, даже под прицелом,
Глядел в глаза холодный пистолет.

Губа зашита. Швы не рассосались.
А сколько времени прошло с далеких дней.
С кастетом губы ночью повстречались,
Под пухом необъятных тополей.

Да, были годы. Вся история на теле.
И часто шов пересекается с рубцом.
Пусть улетели годы - свиристели,
А ведь и я, когда-то был птенцом.

30.11.1999 г.

     >>

Роскошь детства

Шрамы, синяки, кровоподтеки,
Роскошь, приходящая из детства.
Юности суровые уроки,
Зрелости достались по наследству.

Не жалею я, о том что было,
Драки, малолеток поединки.
Время неподкупное размыло,
Юности суровые картинки.

Поцелуи девочек в аллеях,
Ласки неумелые в охотку.
Отпечатались любовной эпопеей,
И за них не раз срывал я глотку.

Сколько было и не вспомню даже,
Ярких вспышек, прожитых фрагментов.
Пусть художник нарисует сажей,
Прошлого прекрасные моменты.

Недолюбленные девочки, привет вам,
И мальчишкам из шального детства.
Вербочки напомнят пусть на ветках,
Юности суровое наследство.

Весна - осень 1999 г.

     >>

Пребывая в пивных кулуарах

Пребывая в пивных кулуарах,
Узнавая житейское дно,
Сочинял я свои мемуары,
С пацанами, с кем рос заодно.

Мы писали о многом - немножко.
О любви, о делишках своих,
И о том, что кривая дорожка,
Потихонечку катится вниз.

Цели нет, и нет идеалов,
Поколенье без веры растет.
Попивая вино из бокалов,
Говорили о том, что гнетет.

Здесь трибуной служил столик с лавкой,
И оратор всегда под хмельком,
Рассуждал, как министр из главка,
Что вся жизнь идет вверх кувырком.

Если мужа жена потеряла,
Не к заводу, не к проходной,
К забегаловке шла, она знала,
Всем пивная была дом родной.

И в Кургане, во всех злачных точках,
Есть зарубки на память от нас.
Из подворотен, мы, из закуточков,
На уральский дерзнули Парнас.

Весна - осень 1999 г.

     >>

Творят как книгу

Творят как книгу, раньше я не знал.
И представленье было, как в тумане.
Пока я сам, горбом не написал,
На папиросной пачке, одноразовом стакане.

Везде писал, где думать и не мог,
На улице, в автобусе, в сортире.
Вдохновенье выдает порою слог,
Тому, кто верен материнской лире.

Рождалось слово, едкое и злое,
Само просилось на бумагу лечь.
Шагал абзац, как ополченец перед боем,
Как каравай спешил скорее в печь.

Я на диване, в кресле и в уюте,
Не написал и пары ловких строк.
Как будто дома им задраена каюта,
И на бумагу не дерзнуть, как на рывок.

В виски бессонница стучала дифирамбом,
Из-под пера просился фолиант.
Хорей играл с мальчишкой, крошкой ямбом,
Рождался стих, бумажный протестант.

И с Божьей помощью, и ручкой перьевою,
Марал бумагу составляя альманах.
Судите Вы, чего я в жизни стою,
Надеюсь, не потерпит сборник крах.

29.11.1999 г.

     >>

Аристократы из народа

Аристократы из народа.
Из грязи лезут все в князья.
Разнится здесь так плод от плода
В борьбе нечистой у руля.

Не признавая этикета,
Авторитетов и закон,
Они идут в нахрап при этом
За главный приз - за царский трон.

В крови у них увязли локти,
Как будто руки палачей.
Но рвут за них с натугой глотки
Холуи в пламени речей.

Власть манит манией величья,
И царь взойдет на пьедестал,
Короной будет возвеличен,
Из грязи попадет на бал.

Помпезный шик, придворной своры
Рабы, согнувшись пополам,
Свое достоинство, как воры
Негласно спрячут по углам.

Корона - шапкой Мономаха,
Все норовит куда-то пасть.
И пьедестал похож на плаху,
Когда на плечи давит власть.

Трон для царя - царь для народа,
Служи, раз вызвался служить.
Народ тебе не шайка сброда
Народом нужно дорожить.

Храни людей своих владыка,
Люби, цени, оберегай.
Мы жить согласны и без шика,
чтоб расцветал российский край.

1999 г.

     >>

Россия - Мать. Прекрасная Россия

Россия - Мать. Прекрасная Россия,
Мне непонятен что-то каламбур,
Как ты могла из гордой и красивой
Панелью стать зелененьких купюр.

Шагает зелень по России, как царица,
Но на окраинах, в провинции живя,
В недоуменьи мы скрываем лица,
Забыв вид деревянного рубля.

На пенсии неграмотных старушек,
На крохи работящих мужиков
Особняки, один другого лучше,
Плеяда строит правящих царьков.

Подачки заграницы надоели,
Ну, неужели не прокормим мы себя.
Налоги сбавьте непомерные на деле,
А то, как липку, обобрали до стебля.

И разберитесь, делись куда транши.
Скажите правду, и народ поймет.
Зарвался если кто-то на реванше,
Верховный суд давно виновных ждет.

1999 г.

     >>

Совет старца

Гора с плеч. Я дело завершил,
В которое вложил свою частичку.
И дедушка сказал мне, старожил,
Глядя в окошко на замершую синичку:

"Ты, Алексей, запомни, человек
Рожден на свет невинным, непорочным.
Он от земли, как стебелек - побег,
Сначала слаб, потом стать должен прочным.

Во всех поступках есть какой-то смысл,
Болезни - знак, нарушена духовность.
И где-то спрятан исправленья мыс,
Прими недуг, как Божью благосклонность.

Участок каждый тела отвечает,
Где что нарушено в духовности твоей.
Недуг, он никого не различает,
Ни нищих, ни богатых, ни царей.

Равны все перед Богом, все мы дети,
И каждому свой крест по жизни дан.
Идя по жизни, помни о заветах,
Они едины для различных стран".

О, дедушка. Мне б мудрости немножко,
Твоей набраться как - ты подскажи.
В ответ мне старец молвил: "Лешка, Лешка,
Она придет с годами, не спеши.

Ты в дело каждое вложи любовь и душу,
Работа спорится - хорошим будет плод.
К советам старших будь всегда послушен.
Иди. Благослови тебя Господь".

И я пошел, храня на подсознаньи,
Совет великого и мудрого старца.
Делюсь и с вами свыше данным знаньем
Духовного родителя - отца.

3.12. 1999 г.

     >>

Выражаю благодарность полиграфическому
предприятию "ДАММИ", особенно директору
Клепинину Игорю Юрьевичу.

Признателен всем, кто помог в оформлении
сборника. Отдельная благодарность
художнику-дизайнеру Поддубных А.,
художнику Переверзеву А.,
Боровиковой И., Пермяковой Е.,
Шокал Р.

Прокопьев А.

     >>

Душа нараспашку

Хлебнул я в жизни много через край,
Шрамами душа моя увита.
Мама, выпекая каравай,
Советы мне давала через сито;

"Ты злым, сынок, не становись в пути,
И помогай кому труднее рядом,
И обжигать учись свои горшки,
Словом близких грей и теплым взглядом.

Рублем ты с ближним не жалея поделись,
Ведь окружают не одни тебя злодеи,
И на ошибках жизненных учись,
А к людям будь немножечко добрее.

С любовью все уроки принимай,
Багаж падений - опыт есть бесценный.
Сынок, ты доброту не забывай,
И клоуном не будь на чьей-то сцене".

Советы старших с материнским молоком,
Я впитывал с рождения младенцем,
С годами становился молотком,
Стирая страх платочным полотенцем.

Когда лицом я падал об асфальт,
Из носа кровь, когда ручьем хлестала,
Из детства вспоминался мамы альт,
И злость куда-то сразу исчезала.

Я понимал, что сам лишь виноват,
Что шрамы липнут к телу словно мухи.
И на потеху сделан был парад,
На радость сплетням, кривотолкам, злобным слухам.

Я жизнь сжигал в пивных и во дворах,
С известными из местных был в порядке.
А дни неслись, неслись на всех парах,
Сбегал от прошлого вперед я без оглядки.

Гнедой мой в пене, да и я весь взмок.
Прилипла к телу рваная рубашка.
Прошу у вас, вы спрячьте свой попрек,
Душа моя так часто нараспашку.

Я перед вами весь, от "а" до седины,
Пробившийся к 15 годочкам.
Загладить чувство я хочу вины,
Что я скакал по жизни, как по кочкам.

Ну, все я выдохся. И микрофон устал.
И в ручке заартачились чернила.
Пусть отдохнет бумажный пьедестал,
Слеза взяла, и стих здесь оросила.

Простите. Я на нервах все писал,
Но что написано не выдумки, не байки.
Ну, может, где-то капельку приврал,
А в основном сказал все без утайки.

Я на ладошку жилы положил,
Растянуты немыслимые нитки.
В ломбарде молодость барыгам заложил,
Потом с процентами возьму года как слитки.

Я не прощаюсь с вами, я вернусь.
Бегу я дальше в этой круговерти.
Простите, если вам навеял грусть,
Все будет хорошо, вы мне поверьте.

09-11.12.1999 г.

     >>

Рубеж тысячелетий

Отрезанный ломоть-тысячелетье,
Для вечности - просто пустяк.
Два отгремело - на подступе третье,
Как встретим? - Скажи мне, земляк.

Что сделали мы для родного Кургана?
России чем мы помогли?
Смогли ли мы честно прожить, без обмана,
Что б совести угли не жгли.

Клеймо революции кровью задело,
Прадедушек, дедов, отцов.
Мы возрождаем, где, что омертвело,
Под пятками прошлых стрельцов.

Заветы нам Ленина в школе читали,
Забыв про духовный завет.
И пятилетки страну раздирали,
И лозунги с красных газет.

Мы на окраинах спрятали лица,
Нам стыдно за громкую брань,
Как депутаты кричат из столицы,
Срывая в потугах гортань.

В Москве государство - свое в государстве
И доллары только в цене.
Холуи там нежатся в купленном барстве,
Забыв о России, стране.

А может, мы все обернемся немножко
И вспомним где корни у нас.
К отчизне любимой проторим дорожку,
Услышим сердец своих глас.

Начнем мы с себя и с родного Кургана.
Пускай ВОЗРОЖДЕНЬЕ начнется Руси.
Мы любим Россию, но очень уж странно,
Прости нас, Россия, прости.

12.12.1999год.

     >>

Как жить

Правовой беспредел по России
Разгулялся, не зная границ.
От Москвы до окраин Сибири
Нас запрятали в клетки темниц.

Все законы в отчизне двурушны,
Для народа - плебейский расклад,
Чтобы стадом шагали послушным
На фальшиво - прогнивший парад.

Работяги мы все от рожденья,
Гнем горбы для вельмож из Москвы,
В нас, конечно, немало терпенья,
Но ведь люди мы все, не скоты.

Себе строят дворцы и бассейны,
С жиру бесятся в "Мерсах" крутых,
А народ в заведеньях питейных
Суррогат пьет, раз он из простых.

В коммуналках, трущобах столетних
Прозябает забытая Русь,
В деревнях стали ветхими плетни,
На ремонт денег нет, да и пусть.

Бюрократ в кабинете вальяжном
Строит план как деревню поднять.
У него есть коттедж трехэтажный,
Но крестьян ему в жизнь не понять.

Привилегии дай депутатам,
Да оклад до небес подними,
Словно мы - не они виноваты,
Что до ручки страну довели.

Хоть разбейся, хоть в доску ты тресни,
Но ответь на такой коленкор:
Лучше жить или жить интересней,
Когда честный царь или же вор?!

1999 - 2000 год.

     >>

Варвары

Стойте, варвары! Вам здесь не место.
На проход наложили запрет.
Это кладбище, где повсеместно,
Мы раскроем великий секрет.

Не спешите сюда, лиходеи,
Рвать цветы на могилках чужих,
Совершая поступки злодеев,
Вспоминайте о душах своих.

Разрушая кресты и оградки
И воруя с могилок венки,
От людей вы бежите с оглядкой,
Обнажая гнилые клыки.

Позабыли, что вы - христиане,
Крест нательный надет не для вас.
Все мы ходим у жизни на грани,
Будет каждому свой судный час.

Стойте, варвары! Хватит глумиться.
Обернитесь вы к Богу душой.
Не мешало бы вам помолиться,
И о жизни подумать иной.

1999 - 2000 год.

     >>

Педагоги

Профессии есть разные на свете,
Но нет, наверное, призвания важней,
Принадлежать душой и сердцем детям,
И делать жизнь их радостней, светлей.

Непросто быть хорошим педагогом,
Ученикам стать близким и родным.
Какой талант иметь нужно от Бога,
Чтоб сердце было добрым, а не злым.

А дети на тепло ответят лаской,
Они все чувствуют, кто искренен, кто нет,
И будут верить в чудеса и в сказки,
И принимать учительский совет.

Любовью пусть согрета школа будет,
А воспитатели с учителями заодно,
Строителями станут детских судеб,
Откроют в жизнь им светлое окно.

Бросаете вы знаний зерна в души,
И хочется, чтоб сочный вырос плод,
Намного жизнь в России будет лучше,
Когда без сорняков весь огород.

Желаем вам родные педагоги
Успехов, счастья, радости в делах,
Детей ведите светлою дорогой,
Благослови Вас Бог на небесах.

1999 - 2000 год.

     >>

Горная дорога

Змея-дорога под колесами ползет,
И в гору тащится наш старенький авто.
Блестит на солнце бледно-сизый лед,
А за спиной равнина и плато.

Гудит, натружено мотор в сто с лишним сил,
Баранку гнет водила втихаря.
Он никогда над облаками не парил,
И не казалась такой крохотной земля.

Дышать становится сложнее и трудней,
Нехватка кислорода в полный рост,
Но мы потомки тех еще людей,
Которых из беды спасала злость.

Гора стрелой уткнулась в небеса,
Хребты укутал мягкой шалью снег,
И режет белизна мои глаза,
И реки совершают вниз побег.

Устлан валунами наш подъем,
Но наплевать на трудности в пути.
На пике мы шампанского попьем,
Отсюда без победы не уйти.

Закашлял старенький мотор, видать, устал.
Мы зубы стиснули и ринулись вперед,
И вот вершина, вот наш пьедестал,
Нас новая дорога уже ждет.

Октябрь 2000 год.

     >>

Ночь раскаянья

Ночь раскаянья после греха,
Не дает спать тревожная совесть.
Размахнулись гармошки меха,
Пишет жизнь свою новую повесть.

Загулял на пять дней балагур,
Распахнулась душа нараспашку,
После пьянки не весел и хмур,
Зря себе я позволил поблажку.

Понимаю умом, что нельзя,
Выпивать алкоголь безразмерно.
Отказали опять тормоза,
Оттого так с похмелья и скверно.

Помогите, прошу у людей,
Руку помощи дайте, кто может.
Надоел алкогольный Бродвей,
Пусть пивные меня не тревожат.

Сколько знаю примеров дурных,
Корки мочат как пьяные люди.
Из хороших в отряд лезут злых,
Как не помнятся серые будни.

Ночь раскаянья. Сколько ночей
Было прожито в годы лихие.
Попрошу я тепло тех очей,
Кто поможет жить в трезвой стихии.

2000 год.

     >>

Таможня

Вереница машин на таможне,
Узаконен российский бардак.
Обдирают проезжих безбожно,
Вот и мы залетели впросак.

Везем груза всего на копейки,
А нажили проблем на рубли.
И в пятнистых ЧК телогрейках,
С багажом проверяет кули.

Открывают коробки пинками:
Лучше способа нет открывать.
И хрустит весь товар под ногами,
Не свое - значит можно топтать.

Взять за жабры любого нетрудно,
Не положено, груз, мол, не тот.
На складах уже свалены груды,
Переполнен таможенный дот.

Растаможка себе друг дороже,
Надо справок собрать миллион.
И глядят люди в форме все строже,
И срывают на нас баритон.

Нас пасуют, как мячик футбольный,
С одного кабинета в другой.
Я за деньги свои - подневольный,
Ощущаю каким-то слугой.

Все склады в изобилии чудном,
В ярлыках, этикетках товар.
Но взять кровное трудно-претрудно,
Другой дядя здесь снимет навар.

Нам твердят по ТВ и в газетах,
Деньги, мол, государству идут.
Но не верится что-то мне в это,
Репортеры, похоже, все лгут.

Есть дочерние, хитрые фирмы,
Продают уцененную кладь.
И под этою ловкою ширмой,
Кукловода концов не сыскать.

Нет, нельзя груз отправить в детдомы,
Пусть сгниет или крысы съедят.
И живем мы в таком вот дурдоме,
Разве можно Россию понять.

Октябрь 2000 год.

     >>

Гроздь тепла

Подари гроздь тепла, белокрылая птица,
Раздели нежно ночь, душу мне обогрей.
Моей жизни, читая скупые страницы,
Сделай черную мглу, хоть немножко светлей.

Упади мне на грудь листом осени рыжей,
Поцелуй ненасытно взасос.
Как лимон пусть тобой буду полностью выжат,
Не води больше только за нос.

Бархат кожи твоей шоколадно-молочный
Холостую украсит постель.
Мы узнаем с тобой наяву, не заочно,
Наших чувств золотую метель.

Ты - красивая звездочка на небосклоне,
Ну а я - городской астроном.
Под завязку давай в наших чувствах утонем,
Отодвинем дела на потом.

Лебедь белая пала в объятья,
В душу шепот настырный залез.
Сердца два под любовным распятьем
Обручил добрый ангел с небес.

Октябрь 2000 год.

     >>

Проводы

Э. В. Ждановой посвящается.

Рука в руке. Плечо к плечу.
Наш тесный круг - круг расставанья.
Текут слезинки горячо.
До новой встречи. До свиданья.

Вы уезжаете от нас,
Весь семинар прошел мгновеньем,
Но зерна пали в сердца пласт,
Проснулось, чтобы ВОЗРОЖДЕНЬЕ.

Как хорошо встречать друзей,
А провожать немножко больно,
Под пляску красных снегирей,
На полустанке хлебосольном.

Мы очень - очень любим Вас,
Вы наш учитель данный свыше,
Всегда скажу я без прикрас,
Из сердца Ваш мы голос слышим.

Спасибо много - много раз,
Быть альтруистом по натуре,
Не каждый смог бы быть из нас,
А Вы смогли в житейской буре.

Я верю в светлые дела,
Что возродится Русь святая.
Пускай звенят колокола,
Под солнцем золотом сверкая.

19.01.2000 год.

     >>

Грузинские друзья

Где мои геноцвале? Где мои кунаки?
Все наверно в Телави познают кабаки,
За любовь и за дружбу, чачу пьют и вино,
Чтоб в хрустальных бокалах видно было лишь дно.
И шашлык и сациви, все на стол подают,
Очень много едят, а еще больше пьют.
Ой, грузины мои, брат я вам или нет?
Почему на вопрос не даете ответ?
Почему не спешите телеграмму отбить?
Разве можно друзей, геноцвале, забыть.
В Вас радушия много, любви и тепла,
Сколько выпито было за дружбу вина,
За родителей пили, и за счастье людей,
И бокалы вином наполнялись полней.
А какая природа! А какой виноград!
Говорили мне в голос и Шалва и Мераб:
" Ты запомни Алеха! Друг в беде не предаст,
Если надо он жизнь ради друга отдаст".
Эх, грузины мои, геноцвале и цма,
Мне бы снова бы с вами, испить бы вина,
Посидеть за столом, ночей пять напролет,
Вспомнить молодость нашу, что никто не вернет.
Я надеюсь и верю, что настанет та ночь,
Мы за круглым столом, все дела, бросив, прочь,
Соберемся, как прежде, будем пить и гулять
Потому что друзьям нельзя дружбу терять.

21.08.1996 год.

     >>

Быстротечное время

Мне три червонца стукнуло недавно,
Я стал не тот, как десять лет назад.
И время не катилось всегда плавно,
Не каждой встрече я с друзьями рад.

Всех нас потрепала жизнь немного,
Кого едва, кого-то и с лихвой.
Нам испытанья все даны от Бога,
Чтоб мы прошли их с гордой головой.

Друзья мои. Сейчас что с вами стало?
Кто стал богат, а кто давно сидит,
Кого подставили, а кто-то и при встрече,
За семь червонцев, взгляд свой потупит.

Не думал, не гадал я и не ведал,
Пока я в жизни сам не испытал,
Что дружбу, лучший друг, давно уж предал,
И совесть он на паперти продал.

А женщина, любимая когда-то,
С кем разделял любви семейный кров,
Меня покинула ночной, осенней датой
И позабыла материнскую любовь.

Да, время быстротечно протекает.
И в этой жизни я вам не судья.
Рассудит нас Господь, ведь он все знает,
Что можно в этой жизни, что нельзя.

15-21.08.1996

     >>

След молодости

Проснулся утром, новое лицо
Сопит в две дырки рядом на подушке.
И я себя почувствовал глупцом,
Не зная, как пришла сюда подружка.

Наташа, Катя, Оля или кто?
Скажи, в постель попала как зазноба.
Даю процентов девяносто или сто,
Что ты клялась в любви вчера до гроба.

Погладил атлас кожи. Хороша.
Какая детская невинная улыбка.
Наверно, я вчера не оплошал,
Раз в сети заплыла такая рыбка.

Смешные кудри по перине растеклись,
И родинка хотела поцелуя.
Два тела в одно целое слились,
Над тайной жизни в комнате колдуя.

Подал я легкий завтрак для мадам,
Ударил запах кофе по каморке.
А девочка умна не по годам,
И солнышко плясало из-за шторки.

Нам было здорово в то утро, что скрывать.
Шальная молодость немножко оттянулась.
Запомнили мы чудную кровать┘
Через полгода ко мне девочка вернулась.

2000 год.

     >>

Купола

Меня манили с детства купола,
В них что-то есть наверно неземное,
Крестами, поднимая облака,
Дают тепло и ощущение покоя.

Люблю я слушать колокольный звон,
Смотреть на лики старцев со святыми,
И на коленях бью, когда поклон,
Много дел так кажется пустыми.

Под сводами красивыми церквей,
Себя я чувствую мельчайшею крупинкой,
Пусть я один из множества людей,
Но и во мне есть Божия начинка.

Мне нравится смотреть на образа
И говорить душою откровенно,
А Богородицы печальные глаза,
Плоть делают мою всегда смиренной.

Я смертные грехи не совершал,
Но и земных хватает до упора.
Сколько раз я в жизни оплошал,
Вкусив зачем-то яблоко раздора.

Я - Божий раб. Господь меня создал,
Чтоб путь прошел я свой через страданья.
За всех людей Всевышний отстрадал,
Даны и мне по силам испытанья.

22.10.2000

     >>

Курганские дворы

С кем я в подворотнях не знаком,
С кем на брудершафт не кушал водку.
Даже участковый мажордом*
С нами за столом сидел в охотку.

Мы делили скромные харчи
Поровну, по-братски, без обиды.
На наш стол залетные "грачи"
Непонятные свои имели виды.

Нам не жалко снедь, не жаль вина:
Называют край наш хлебосольный.
За любовь, за дружбу пьют до дна
От столицы вдалеке первопрестольной.

В подворотнях близких и родных
По ночам сирень воркует оды.
А в курганских многочисленных пивных
Кто-то прячется от жизни непогоды.

Меркантильность в Зауралье ни к чему,
Здесь в почете ценности другие.
Всех гостей встречают по уму,
Хорошо, когда намерения благие.

Подворотни, сердцу милые дворы,
Зауральцам в жизнь путевки дали.
Мы к Вам душами по-своему добры,
Родиной Курган не зря избрали.

2000 год.

______________
*Мажордом - мальчик на побегушках.

     >>

Мартовский кот

Мартовский кот - кровь бурлит, клокочет.
Мартовский кот - потерял покой.
Мартовский кот - что-то очень хочет,
Мартовский кот - парень холостой.

И не спится по ночам мальчишке,
В жилах кровь, как свежее вино.
Заиграло, забродило слишком,
И уперлась мысль только в одно.

Познакомиться с ласковой зазнобой,
Зарулить в хороший кабачок.
И, конечно, снять с красотки пробу,
Только чтобы ротик на крючок.

Мечтал о чем, то и получилось,
Полумрак, интимный мягкий свет.
И в три раза сердце громче билось,
Страстный очень был кордебалет.

Росла девочка, вроде, недотрогой,
Мальчик паинькой рос в семье своей.
Но весною сходятся дороги,
Жизнь становится гораздо веселей.

Адреналин зашкалил за все рамки,
Мартовский кот с кошкой задружил.
Тещей и свекровкой станут мамки,
Что ж ты, март, так голову вскружил.

2000 год.

______________
P.S. Стихотворение написано по просьбе Мартовских котов.
Котики, пока! Встретимся в марте.

     >>

"Морж"

Обожгла ледяная водичка,
На термометре стрелка в нуле.
Но я - "морж", а не южная птичка,
И поэтому я на волне.

Батерфляй делит гладь голубую,
Мне на пользу закалка идет.
Солнца лучик холодный тоскует,
Скоро речку скует в панцирь лед.

Разрумянилось тело, как пламя.
Кровь горячая в жилах горит.
Я на прочность сдаю свой экзамен,
Я ведь, братцы, не только пиит.

После плаванья - малость зарядки,
Мне купанье прибавило сил.
Раз полста забавляюсь присядкой,
Бог здоровьем чуток наградил.

Жалит ветер раздетое тело,
Ничего, поиграй дуралей.
Ты с деревьев содрал листву смело
, В мои легкие воздуха влей.

Хорошо босиком на песочке
После плаванья да нагишом.
Завтра снова осенним денечком
Гладь разрежу, как масло ножом.

Осень 2000 год.

     >>

Школьная пора

Пролетели каникулы птицей,
Подоспела учебы пора.
На плацдарме знакомые лица,
Снова в школу пришла детвора.

Первоклашек скрывают портфели,
От горшка два вершка молодежь.
На березах листва пожелтела,
Начал мелкий накрапывать дождь.

Как горох врассыпную детишки,
У девчонок в косичках банты.
За спиною тетрадки и книжки,
Да в руках педагогам цветы.

Повзрослели за лето немного,
Сил набрались для новых побед.
И проторенной к знаньям дорогой,
В бой пошел вновь отряд непосед.

Разукрасили школу за лето,
Чистота ненарадует глаз.
И любовью все стены согреты,
Колокольчик позвал детей в класс.

Целый год протирать вновь штанишки,
Предстоит ребятне дорогой.
Вы учитесь, девчонки, мальчишки,
Да носите пятерки домой.

Сентябрь 2000 год.

     >>

Наше детство

Мы жили дружно во дворе,
Катались с горки в январе,
Лепили барышень из снега и морковок.
Нам было весело играть,
Никто не смел, друг другу лгать,
Кто был из нас силен, а кто-то ловок.

Ходили в школу каждый день,
Панамки, кинув набекрень,
Косынки красные нам шеи украшали.
И веселилась детвора,
Когда каникул шла пора,
Все школяры от радости визжали.

Страна давала сверху план,
И попадали мы в капкан,
Макулатуру собирали вместе с ломом.
Хребты хрустели от натуг,
Когда транжирили досуг,
Чтоб за старанье наградили добрым словом.

Тянулись на руках на спор,
В нас молодой кипел задор,
Адреналин бурлил порой без меры.
А вечерами в горсаду,
Несли девчонкам ерунду,
Курганского разлива кавалеры.

Манил ночами местный пляж,
И там накатывала блажь,
Мы пробовали воду по-нудистски.
Плескались шумно в темноте
В своей прекрасной наготе
Гусары-мальчики, девчонки - пофигистки.

Ах, детвора, ах, детвора.
Мы в жизнь шагнули со двора.
Галопом пронеслось веселье с детством.
Все повзрослели, подросли,
С собою в зрелость унесли,
Года - сокровище, бесценное наследство.

Август-сентябрь 2000год.

     >>

Сумасшедшая ночь

Помоги, обогрей, приголубь.
Я споткнулся на жизненных кочках.
Продал честь я сегодня за рубль,
Стала каторгой темная ночка.

Эта ночь - это вовсе не ночь.
Я в аду, в сумасшедшем кошмаре.
Моя совесть - пропитая дочь,
Захлебнулась в граненом угаре.

Весь в испарине, словно в росе,
Бегут мысли по лезвию бритвы.
Я споткнулся босой в полосе,
Затуманенной водочной битвы.

Как же мне уцелеть в эту ночь?
Как уроки извлечь из попойки?
Ушел день в никуда, канул прочь,
У обшарпанной временем стойки.

Весь трясусь от макушки до пят,
Как последнюю суку колотит.
И подавленно бегает взгляд,
Алкоголь наизнанку изводит.

Мыслей умных ищи - не найдешь,
Сухость горло перекосила.
"Так зачем же ты все-таки пьешь?"
- Совесть шепотом разум спросила.

Посмотри - мир прекрасный вокруг,
Радость, счастье, веселые краски.
Сам загнал себя в замкнутый круг,
Без любви, без тепла и без ласки.

Мир - две крайности, минус и плюс,
Точка - линия, счастье и горе.
Я холодной водой обольюсь,
Будет трезвым житейское море.

2000 год.

     >>

Одночасье

Как щенка снова тыкают в лужу,
Для того чтобы я не забыл,
Дать ответ: "Ну, кому в жизни нужен
Мой азарт и мальчишеский пыл ".

Позади - романтический вечер,
Поцелуи, цветы и ┘ " Пока",
И твои уходящие плечи,
Шли к другому наверняка.

Забывались слова-обещанья,
В омут падала клятва из уст,
Оставалась тоска на прощанье,
Да сирени ободранный куст.

А я ждал, я надеялся, верил,
Что позвонит, вернется, придет,
Но сороки трещали с деревьев,
"Глупо ждать, тебе девочка врет".

Ночь просилась бесстыжей невестой,
Слезы вытереть с плачущих глаз,
На постели пустующей место,
Охранял горько стонущий джаз.

┘ Не впервой обжигаться о счастье,
Не свое, а любимой своей.
Может быть, ты в свое одночасье,
К другим станешь хоть каплю добрей.

07.05.2000 год.

     >>

Боль по сыну

В сборнике "Я перед Господом босой" есть стихотворение
"Пропал человек" посвященное моему товарищу Комарских Мише,
который ушел из дома и не вернулся. Не выдержав потери сына, через
полгода ушла из жизни мать.

Пропал человек. Ушел, не вернулся.
Мать потеряла покой.
Мир в четырех сразу стенах замкнулся,
В два счета мать стала седой.

На снимок глядела сутками мама,
Роняя слова в пустоту.
Кровоточила сердечная рана,
По Мише, кровинке, сынку.

Днями к гадалкам и к ворожеям,
Услышать конкретный ответ.
И уплывали семьи сбереженья,
За возгласы: "Жив" или "Нет".

Что может хуже быть непонятки.
Ночи, как вечность, текли.
Никто не давал ключ единый к разгадке,
Морщины лицо рассекли.

Слезы иссохли. Круги под глазами.
Что ж так жестока судьба?
И губы шептали: "Приди, сынок, к маме,
Стала старушка слаба".

В ответ тишина, ни письма, ни ответа.
Смысл жизни куда-то ушел.
Шальною весной на перине с рассветом,
Жену муж холодной нашел.

24.09.2000 год.

     >>

Поездка

Бесконечную рыжую степь,
Не спеша, делит старый состав.
Непривычно в багажном сидеть,
Колыбельную слушая трав.

Но казахские рядом друзья,
Наливают в бокалы кумыс.
На столе винограда лоза,
И в поездке скрывается смысл.

Монотонно колеса стучат,
Рельсы тянутся за поворот.
Мне с товарищем все по плечам,
Слава, брат, как и я, молоток.

Остановка на станции Чу,
Привокзальный восточный базар.
Фрукты - овощи, ешь - не хочу,
По рядам разбежались глаза.

Дыни сетками, а не на вес,
Пирамидами груши стоят.
У нас времени, правда, в обрез,
Взяли все мы с собой на крайняк.

Закачался устало вагон,
Да и мы подустали слегка.
Клонит всех понемножечку в сон,
А по небу плывут облака.

Солончак за окном, солончак,
Непонятная нам красота.
По-другому колеса стучат,
Подъезжаем - Алма-Ата.

Октябрь 2000 год.
Курган - Алма -Ата - Курган

     >>

Пещера Кунгура

Слоеная пицца - пещера Кунгура,
Пласт налегает на пласт.
Забросил сюда весельчак мой каурый,
Он на проделки горазд.

Гора - небоскреб, дверь в подполье с ладошку,
В пещеру нырнул - и вперед.
И повела соляная дорожка,
Смотреть сталактитовый лед.

Сосульки свисают рогами оленей,
И снизу растут, как цветы.
Вот узенький лаз - бросок на колени,
Шлифуют проход животы.

Пещерное озеро - кто бы подумал,
Я б не рискнул никогда.
Но ветер тихонечко с раструба дунул,
И встрепенулась вода.

В закуток, отворот с основного маршрута,
Возник сказкой крошечный зал.
Столик поставлен, все сделано круто,
Не зря нас сюда гид позвал.

Над головой сотни тонн сталактита,
Воздух чистейших лесов.
А мне интересно под горною плитой,
Слушать дыханье веков.

Ступени упали к проему окошка,
Экскурсия вышла в финал.
Пещера! Пока! Вспоминай же Алешку.
Каурый с тоскою заржал.

Август 2000 год.

     >>

Боевое дежурство

Боевое дежурство - стоят крошки на трассе,
Молодые девчонки от тринадцати лет.
Добровольно избрали роль дорожную пассий,
Ждут червонцы в ладошки за быстрый минет.

Корабельные сосны украшают дорогу,
И кучкуются девочки вдоль кольцевой.
Я не знаю, не знаю, не знаю ей Богу,
Почему так случилось в России родной.

Им бы в школах учиться, да идти в институты,
Выйти замуж красивым, да нянчить детей.
А они нацепили развратные путы,
Не стесняясь ни капли незнакомых людей.

Случай был, я однажды спросил малолетку,
Не вступая, конечно, в контакт.
"Почему ты сломалась, прекрасная ветка,
Да и нужен тебе этот тракт?"

"На безрыбье и рак, словно красная рыба, -
Незнакомка ответила мне, -
Я к работе привыкла и сделала выбор,
Завяжу через год по весне".

Контролер - сутенер на меня глаза пялил,
Что устроил девчонке допрос.
Но подъехала тачка, малолетка слиняла,
Начался рублевой сенокос.

Как не знают путаны, что это болото,
Что панель, как тугая петля.
Спать за деньги с любым - это разве работа,
Вы начните жизнь лучше с нуля.

Август - сентябрь 2000 год.

     >>

Свистопляска

Я с институтом расставался,
               без сожаления, без слез.
Декан злорадно ухмылялся,
               он отчислял меня всерьез.
Меня обида не душила,
               я через 10 лет узнал:
Декана выгнали за вшивость,
               он со студентов взятки брал.
Статья ученому грозила,
               но он отмазался, холоп.
Меня же армия скрутила,
               взяв на два года в оборот.
Я отслужил, как отбатрачил,
               без лычек, чистый, как стекло.
А все могло бы быть иначе,
               но мне, наверно, повезло.
В водоворот гражданской жизни,
               я окунулся сгоряча.
Был перестройки первый признак,
               рубили все вокруг с плеча.
Что было чистое, святое,
               то сразу втаптывали в грязь.
Боролись так у нас с застоем,
               в верхушки нагло лезла мразь.
Царь заправляет свистопляской,
               и в мышеловке вся страна.
Произошла такая встряска,
               мы речи слушаем лгуна.
А люди, словно манекены,
               реформы нас смогли достать.
Давайте что-нибудь изменим,
               вернем России ее стать.
Пусть будет Родина красивой,
               счастливым будет пусть народ.
Вставай с колен, страна Россия,
               надежда наша и оплот.

1999 - 2000 год.

     >>

Сыновья

Главный критерий - время,
Главный судья - народ:
Как прорастало семя,
Какой получился плод.

Я зерна стихи разбросил,
На Ваш, на читательский суд.
Стали ли спелы колосья?
Пошел ли на благо мой труд?

Я знаю, что строчки не гладки,
Что лести и лжи в стихах нет.
Черновик просоленной тетрадки,
Исповедь выпустил в свет.

Спешит сборник к каждому дому,
Отклик услышать сердец.
С душой человека - затронут,
Стихи, я которым отец.

Сборник - духовный сынишка,
Максимке моему он брат.
И дружат мальчишка и книжка,
А я очень этому рад.

Хочу еще братика братьям,
Полнее пусть будет семья.
Возьму сыновей всех в объятья,
Растите, мои сыновья.

2000 год.

     >>

Третий лишний

Я ворованного счастья,
Трепет сладостный узнал.
Погружаясь в негу страстно,
Свой рассудок потерял.
        Зацелованная птица,
        Нецелованная мной.
        Я ведь мог в тебя влюбится,
        В омут кинуться крутой.
Но ты жена - жена чужая,
Ты двоим принадлежишь.
Свое счастье разрушая,
От меня ты не спешишь.
        Муж тебе по барабану,
        Со мной лучше в десять раз.
        Ты поклонница обмана,
        Поступить как нам сейчас?
Не могу, и я не в праве,
Разломать очаг семьи.
Меня совесть ночью давит,
Дорогая ты пойми:
        Давай лучше вернись к мужу,
        Я быть третьим не готов.
         А в ответ, что он не нужен,
        Что со мною лучше кров.
Вот такие перекосы,
Вот такие друг дела.
Нет ответов, есть вопросы,
От них пухнет голова.
        Я наверно перееду,
        Может, в монастырь уйду.
        Вот такое мое кредо,
        Я быть третьим не могу.

1999 - 2000 год.

     >>

Портрет

Подарила на память Марина портрет,
Взгляд ее раздевает мне душу.
Дни прошли, и за давностью прожитых лет,
Пыл чувств к сожаленью потушен.

Появилась как фея. В мою жизнь ворвалась
Неприступной и гордой принцессой.
Над другими без слов брала всюду власть,
Но сдалась городскому повесе.

Помню милая встречи майской порой,
Возникала как доброе чудо.
И хрустальный бокал над свечною игрой,
И глаза - два больших дивных блюда.

Колдовала в ночи, в колыбели перин,
Ласка шла с каждой чувственной клетки.
Был одним из счастливейших мира мужчин,
Выигрыш выпал как видно в рулетку.

Розы липли к твоим хрупким, нежным рукам,
Как красиво светилась улыбкой.
Верной самой была из бесчисленных дам,
Счастье жаль, оказалося зыбко.

Подарила на память Марина портрет,
А во взгляде ни капли укора.
Вдаль увез тебя синий кабриолет,
К волнам южного Черного моря.

2000 год.

     >>

Ты

Ты соткана мною из нитей,
Ярких нитей прекрасных цветов.
Ты собрана мной из событий,
Летаргических, радужных снов.
Я тебя находил по крупинкам,
По белому свету бродя.
Я тебя создавал по картинкам,
Богоматери образ храня.
Лик твой чист и невинен,
В непорочной красе.
Я тебя как - то видел,
На песчаной косе.
Ты пришла неслучайно,
В этот мир и ко мне.
И в фате подвенчальной,
Спела песнь в тишине.
И в мелодии вальса подарила любовь,
Успокоила сердце и утешила кровь.
Хорошо, что на свете,
Я тебя повстречал,
Подарю на рассвете,
И фрегат, и причал.
Ветер парус надует,
Парус нашей любви,
Мы оставим за буем,
Скороспелые дни.
Поплывем в океане,
На волнах по утру,
И не счесть счастью граней,
Миру быть и добру.

1999 - 2000 год.

     >>

Россияне

Морщинами изрезано чело,
Гудят давно натруженные руки,
И судорогой тело повело,
Перед глазами пляшут полукруги.

Кому досталась легкая стезя,
Кому Фортуна бесконечно балагурит,
И кто из пешек выбился в ферзя,
Кто эйфории дым беспечно курит.

Таких поштучно можно перечесть,
А нас других - десятки миллионов,
И мы бредем, страны спасая честь,
И прячем за зубами горечь стонов.

Подачки заграницы надоели,
О, где же ты, могущество Руси?
А в эшелонах власти озверели,
Россию, раздирая на куски.

На воровстве построены законы,
И конституция основана на лжи,
И видится за царскою короной,
Черствость неприкрытая души.

Все хапают и хапают безбожно,
Но даже наглости имеется предел,
И совести иметь хоть каплю можно,
Творить в стране довольно беспредел.

1999 - 2000 год.

     >>

Батраки и князья

Балагурят повесы беспечно,
Забывая о бренности дней,
Что не стоит во времени вечно,
Метать жемчуг пред стадом свиней.

Зря стараетесь - вас не оценят,
Труд нелегкий напрасно пойдет.
Свиньи вас троекратно оцепят,
Ценный бисер опять пропадет.

Лицемеры хохочут злорадно,
Кинув нищему хлеба кусок.
С сухаря им не будет накладно,
Словно мытарю дали оброк.

Фарисей, извращая заветы,
Кувыркает святые дела.
У него уже совести нету,
Давно правду раздел догола.

Пусть холопы здесь будут на равных,
Встав с плебеями плотной стеной.
Непривычно им быть в ролях главных,
Находясь с распрямленной спиной.

И толпа сумасшедшего сброда,
Так похожа на серую рать.
Растворяясь в потоке народа,
За гроши может совесть продать.

Лжепророки, как дети Иуды,
Так и метят на роли друзей.
Отличайте, пожалуйста, люди,
Кто есть кто, батраков от князей.

1999 год.

     >>

Скачки

Я - битый волчара, я - тертый калач.
Мне жизни изнанка знакома.
На быстром коне под покровом удач,
По треку лечу ипподрома.

Сегодня здесь скачки и жесткий отбор,
Всадники в чистых манишках.
Пари заключили, я должен на спор,
Победой взять лидера фишку.

Гнедой подо мной далеко не стригун*,
Он вырос под взмахами стека**.
Покажем мы тем, кем заказан здесь бунт,
Единство коня с человеком.

Трензель*** зажат крепко в потной руке,
Ветром рубашку раздуло.
Я первый несусь к изгиба дуге,
"Скорее", - звук выдала скула.

Скакун, словно брат, понимает меня,
Пускай наземь падает пена.
Я скачкой сегодня прославлю коня,
Пульсируют бешено вены.

Натянут канат, я в фаворе весь,
Все остальные отстали.
В заезде с гнедым отстояли мы честь,
Лидерам дайте медали.

Я сотни потов из рубах выжимал,
Чтоб встать на ступень чемпиона.
Кто покорил хоть раз пьедестал,
Тот знает, как весит корона.

4-5.11.2000 год.

______________
* Стригун - годовалый жеребенок
** Стек-хлыст
*** Трензель - удила для управления лошадью

     >>

Бабник (шутка для взрослых)

Ох, люблю, женский пол, нету сил.
Что-то видно случилось во мне.
Психиатра однажды спросил:
"Почему я не верен жене?"

Я люблю всех курганских зазноб,
Но с супругой ложимся, как спать,
Пробегает по телу озноб,
На диван я - а жинка в кровать.

Славный храп поднимает весь дом.
С потолка штукатурка летит.
Богатырский, расслабленный сон,
В "Русском радио" был бы как хит.

Да, супруга моя хороша,
Только малость не вышла в стандарт,
И я трачу порой до гроша,
На червовую даму из карт.

В лицах кукольных юных девиц,
Часто светятся тайной глаза.
Согрешил я с одной из тех львиц,
Обхитрила потом егоза.

Сколько я износил башмаков,
Волочась, за подолами дам.
Попадался порою улов,
Иногда в лопухах был я сам.

Старой гвардии я курощуп.
Без зазрения лью в уши мед.
На меня наточил кто-то зуб,
Сейчас бабником город зовет.

6.11.2000 год.

     >>

Одиночество

У поэтов, наверно, одиночество - крест,
Миллионы подружек, но нехватка невест.
Равнодушные стены, да тетрадка с пером,
Жизнь пиита довольна, остальное потом.

Я в лачугу ворвался, окружили меня,
Беззаботные вещи - беззаботного дня.
Я, конечно, измотан, я на нервах всю жизнь,
Но ведь хочется мне испытать счастья брызг.

Разве много мне надо? Пару ласковых слов,
Чтобы каплей согрели на разломе веков.
Теплотою сердечной поделились бы раз,
Я живу для России, я сгораю для Вас.

Чехарда надоела, да пустые дела,
Не для этого мама меня родила.
Полноцветными видеть хочу свои дни,
В небе радуга где, да неона огни.

Где взять солнышко мне, чтобы в жены пошла,
Чтобы в сердце тепло, и не капельки зла,
Чтобы грела советом, наш семейный очаг,
И хотела бы в дом море всяческих благ.

Бьюсь как рыба об лед, все один да один.
Надоело скитаться ледоколом средь льдин.
Подойди незнакомка, чуть-чуть обогрей,
Позвони ненароком, жду всегда Алексей.

Октябрь - ноябрь 2000 год.

     >>

По следам Есенина

Мне Есенинская грусть
Передалась с хмельною лирой,
Я со временем прорвусь,
Прохрипев стихи в эфире.

Неподкупные слова
Прозвучат из переулка,
И пойдет гулять молва,
Где-то громко, где-то гулко.

Пусть судачество старух,
Грязных сплетен паутина,
Не коснется правды вслух,
Сгинет старая рутина.

И в закусочных - пивных,
Мною пройденных без счета,
Помянут Руси святых,
Пригубив вина с почетом.

В прошлом где-то "Англетер",
Где закончил путь Сережа,
Но открыл потомкам дверь,
На пустующее ложе.

Занимали пьедестал,
Был Высоцкий с больным "Нервом",
Трон другими обрастал,
Но Есенин был в нем первым.

Сколько спрятано в стране,
На провинциях алмазов,
Пробиваясь на волне,
Прячась от дурного сглаза.

Я уверен, что прорвусь,
Может поздно, может рано,
И истерзанная Русь
Стихи услышит из Кургана.

2000год.

     >>

Мысль в пивной

Рюмку водки налил, хотел выпить сначала.
Неожиданно в горле встал ком.
На виске мысль прожилкой так застучала,
Словно в стенку ударился лбом.

А была мысль такая: - "Что делаешь Лешка?
Ты подумай о близких своих.
Мама есть у тебя и сынок - твоя крошка,
Ну а ты пропадаешь в пивных".

Призадумался крепко. Как обухом дало.
Сколько можно катиться мне вниз.
Сидел слева сосед с разноцветным фингалом,
Хвост селедки сосед справа грыз.

Как я здесь оказался, в этом болоте.
Контингент не меняемый здесь.
И дневальный несет полуспившейся роте,
Самодельную мутную смесь.

Нет! Довольно! Хорош! Я по горло уж сытый,
Хрюкать пьяным за этим столом.
Надоело до боли пивное корыто,
У меня есть семья, и есть дом.

Алконавты вокруг: - "Успокойся Алешка.
Может лучше принять по пять грамм".
Заскребла на душе моей черная кошка,
Сбоку липла пиявкой мадам.

Я не знаю как вы. Я за вас не в ответе.
За себя я отвечу сполна.
Просто видел, как смотрят своим отцам дети,
Как на сердце ложится вина.

Рюмку водки налил. На столе недотрогой,
Пусть останется эта бурда.
У меня есть другая, другая дорога,
В трезвый мир не попасть без труда.

Ноябрь 2000 год.

     >>

Наедине с природой

Я прижмусь голой грудью к березе,
Нестареющий ствол обниму.
Из души и из сердца занозы,
Уберу на зеленом балу.

Пусть щебечут с деревьев пичужки,
Пусть кукушка считает года.
Я с природой, как с верной подружкой,
Поболтаю потом у пруда.

Босоногим на землю я встану,
Мать - кормилица силы даст мне.
Успокою душевную рану,
И присяду на стареньком пне.

Воздух чистым, пьянящим дурманом,
Упадет на меня невпопад.
Сколько видел я в жизни обманов,
За спиной, сколько меченых дат.

Я в единстве с природой сплоченно,
Отдохну от житейских забот.
Я дворами Кургана ученый,
Партитурой наструганных нот.

Я уйду из зеленого леса,
Через год чтоб вернуться назад
. Городской зауральский повеса,
Каждой встрече с природою рад.

17.11.2000 год.

     >>

Мои стихи

Стихи мои - назвать стихами трудно,
Они, как исповедь, как совести набат.
Несет судьба по жизни - мое судно,
Служу я Лире, я ее солдат.

Пускай меня разносят с треском где-то
Союзов члены, критики и те,
Кто с маской лицемера шлет приветы,
И грязью поливает в темноте.

Свой опыт жизни отражаю в строчках,
Я прохожу совсем нелегкий путь.
Взлетаю ввысь и падаю на кочках,
Пытаясь счастья шарик все надуть.

Подлоги и предательство, измена, боль утрат,
Любовь и счастье, радость с теплотою,
Все это жизнь - все это мой парад,
В котором нахожусь и что-то стою.

Не мудрствуя, лукаво скажу Вам,
(Конечно, эта истина избита),
Что жизнь очаг, у каждого свой Храм,
Где все не только белой нитью шито.

Друзья мои! Я очень Вас люблю.
Простите мне шершавые сонеты.
Весь опыт выложу, ничто не утаю,
Я Вам хочу помочь своим советом.

Февраль 2000 год.

     >>

Пробуксовка

В 17 лет мальчишкой непослушным,
Пошел учиться в местный институт,
Блудливые советовали клены:
"Не стоит, все равно потом турнут".

Наперекор советам стволов старых,
Наперекор молоденькой листве.
Ходил на лекции, на практики, на пары,
И мысли умные витали в голове.

Студенчество. Веселье с безрассудством,
И стройотряды летнею порой,
Не слушал я учения напутствий,
Учеба все казалась мне игрой.

И получил "строгач" по комсомолу,
И выговоры с курсами копил,
Я проходил экстерном эту школу,
А однокурсников по-своему любил.

Но все же мой характер непокорный,
Дал пробуксовку, где не стоило б давать,
Над пятым курсом замаячил ворон,
Пришлось всю дружбу с институтом рвать.

Под хвост коту четыре прошлых года,
Лейтенантами все стали пацаны,
А я простым солдатом из народа,
Поехал под Москву из глубины.

Была присяга на ветру под снег лохматый,
И целовали по обычаю кумач,
Я подружился с вещмешком и автоматом,
Два года кушал с суррогатами калач.

Я напишу потом про эти годы,
Как лидером в нарядах вечно был.
А за окном буянит непогода,
730 в сапогах я не забыл.

19.12.1999 год.

     >>

"Клоповник"

В "клоповник" первый раз я залетел,
Когда 17 было с четвертинкой.
Мне предлагали милицейский райотдел,
Упругой каучуковой дубинкой.

Нет прав, чтоб малолеток забирать,
Но что закон, когда пустуют нары.
Пинками нас любили баловать,
В погонах люди почему-то всегда правы.

Карманы вывернут, проверят до носков,
Ни спички, ни ремня, ни сигаретки.
И на 5 метров 25 жлобов,
Потритесь бок о бок все в тесной клетке.

Один "бычок" по кругу пробегал,
Затяжка разгоняла воздух смрада.
И мат протяжный в камере витал,
Прогулочка в клозет была отрадой.

Не разрешали даже позвонить
Ни близким, ни родным, ни адвокатам.
Под вечерок "черемухой" травить,
Так веселились бравые солдаты.

Неосторожность, кто имел права качать,
В коридоре тому "ласточку" дарили.
Рот в пластырь, чтобы не кричать,
Потом пинками дружно молотили.

О, райотделов горемычный рай,
Кто не был, из мужчин, там покажите.
Попробовал я этот каравай,
С милицией, ребята, вы дружите.

Не сомневаюсь, в райотделах есть,
Порядочные люди в униформе,
Для которых не пустое слово честь,
Останьтесь вы людьми в житейском шторме.

15.12.1999 г.

     >>

Быть добру

В России много есть домов,
Где не хватает нежных слов,
Где без родителей живут сироты-дети.
Ты подойди, услышав зов,
И обогрей казенный кров,
Добро дарить приятно на планете.

Давно есть у меня мечта,
Чтоб возродилась доброта,
Чтоб солнца луч попрыгал на лужайке.
Пускай играют малыши,
Пускай детей карандаши
Рисунки делают о ласковом Незнайке.

А на зеленой, на траве,
Не вспоминается о зле,
Идут от солнца лучики со счастьем.
Как хорошо в горячий зной,
В цветах валяться день-деньской,
И людям говорить с улыбкой: " Здрасьте."

И с пожеланием добра,
Наступит светлая пора,
Улыбки будут у прохожих повсеместно.
Мы разведем костер любви
И будут греть его угли,
На свете будет жить всем интересно.

Давайте вместе, ты и я,
Она и он, и вся страна,
Возьмемся за руки в огромном хороводе.
От нас пойдет поток любви,
И к нам придет поток любви,
Любовь и счастье будут у нас в моде.

Январь - февраль 2000 г.

     >>

Весна

Весна - плакса ударилась в слезы,
Заиграла повсюду капель,
Распустились девчонки - мимозы,
Взял права в свои руки апрель.

В марте было совсем по-иному,
Раздувал ноздри тающий снег,
Солнце пялилось комом соломы,
Зарождали ручьи тайный бег.

Ой, шалунья - весна, росомахой
За Урал в гости к нам забрела,
Зиму сделала ноющей свахой,
Из владений быстрей погнала.

К лицам клеятся радости блики,
Тает в душах людских мерзлота,
Раздаются счастливые крики,
С весной вместе пришла доброта.

Будут в мае девчонки в юбчонках,
С новой силой любовь пробуждать,
Трели будут звенеть в перепонках,
Надо только чуть-чуть подождать.

20 - 23 марта 2000 г.

     >>

Время и зависть

Как редко в жизни радуемся счастью
Других людей, соседей и родных,
С каким-то равнодушным соучастьем
Слова дежурные бросаем, словно жмых.

Когда другие добиваются успеха
В работе, в творчестве, в делах или в любви,
Стараются враги создать помехи,
Зависть жабой прыгает в груди.

Как - так, сосед достиг чего-то,
Машина лучше, лучше ест и пьет,
И из утробы зло ползет икотой,
Подрезать крылья, обломать скорей полет.

И вместо искренности, радости, улыбок,
Душа гнилая просит кандалов,
Поймал счастливчик золотую рыбку,
Злопыхатель рядом, он готов.

Ах, это время, завистливые взгляды.
Почему с таким настроем мы живем?
Как хорошо, поверьте, жить без яда,
И радоваться счастью ярким днем.

Приятно быть всегда с горячим сердцем,
И чистою открытою душой,
Давайте своих душ откроем дверцы,
Все в жизни нашей будет хорошо.

23.01.2000 г.

     >>

Девочка по вызову

Телефонный звонок и заказана крошка,
Через 20 минут привезли,
Лет 16 на вид, старомодная брошка,
Как отметка на левой груди.

Такса в общем известна, хоть и можно скромнее,
Здесь провинция вам, не Москва,
И белели худые девчонки колени,
Лепетала чуть слышно слова.

Неумелой рукой подожгла сигарету,
Пригубила для страсти вина,
И накинулась с жаром на чью-то котлету,
Даже шлюх не накормит страна.

И пропал интерес к этой девочке - крошке,
Как попала под красный фонарь,
Расскажи про себя, малолетка, немножко,
Про свой труд на публичный алтарь.

Из деревни учиться на швею - мотористку,
Прикатила по зову подруг,
А девчонки давно залегли под туристов,
И хозяин хотел новых слуг.

Была первая ночь, и похмелье в тумане,
Клофелин видно дал себя знать,
Принесли фотографии, где на диване,
На одну была целая рать.

И пошла по рукам "вертолетом" и "хором",
На "субботники" по выходным,
И хотелось домой за высоким забором,
Позабыть проституточный дым.

Ой, девчонка-бедняжка, ой, глаза - бриллианты,
Платье с брошкой запутал паук,
На панели ночной проявились таланты,
Все, что вынесла с школьных наук.

Отстегнули за вызов, за ночную беседу,
И девчонка поехала в ночь,
Одержи над собой, малолетка, победу,
От распутства беги дальше прочь.

Декабрь 9 - 13 1999г.

     >>

Думы

Думы многопудовые
Режут бритвою мглу.
И ошибки не новые
Пляшут вновь на балу.
        Были раньше огрехи
        И пустые дела.
        Думал, пройдены вехи,
        Где судьба мне лгала.
Но она все с упрямством
Мне банкует на кон,
Свистопляску и пьянство,
Под веселье ворон.
        И кровавою крошкой,
        Вновь наполнен мой рот.
        Ты споткнулся, Алешка,
        У житейских ворот.
Не впервой об асфальт мне
Больно падать лицом,
Оставляя на камне
Поцелуй свой рубцом.
        В благородном семействе
        Чинно пройденных дат,
        Без помарок в злодействе
        Сохранен мой мандат.
В нем ни лести, ни злобы,
Ни обид на людей,
С материнской утробы
До сегодняшних дней.
        И в спрессованных числах
        Жизнь несется моя,
        Я с улыбкою кислой
        Загоняю коня.
И с надеждой фартовой
Все звенят бубенцы.
Я вернусь к вам по-новой,
Сыновья и отцы.

17.01.2000 год.

     >>

Жизнь с нелюбимой

Как трудно с нелюбимой рядом быть,
Без ласки обнимать чужое тело,
Я на луну готов часами выть,
Мишенью стать чужого самострела.

За вкусные котлеты, чай в постель,
Наглаженные брюки и сорочки,
Тепла не будет, ты мне друг поверь,
И лживой будет счастья оболочка.

Хоть пыль сдували у меня с штиблет,
И нежным словом гладили в перинах,
Хотел я сердце подарить, а сердце: - "Нет",
Не ставь любовь под дула карабинов.

И кастаньетный звон и вальса звук,
Не радовали ночи серенадой,
Ведь не рождается на свет любовь без мук,
Она придет сама, придет наградой.

Я утром встал, дежурный поцелуй,
Приклеил ненавязчиво на щечку,
Остался припечатанный холуй,
К великой радости тоскливого денечка.

Сама ты чувствуешь, что нет у нас огня,
И в стенах фальшь кружится, как собака,
Конечно, жара нет, коль нет угля,
Но скучно без любви нам жить, однако.

Ты извини. Я на разрыв пошел.
Неискренность, она гораздо хуже,
Я снова одиночество нашел,
И в стенах четырех мечусь как в луже.

За 30 с лишним раз узнал любовь,
А без любви весь мир какой-то пресный.
Ты не ломай, прошу, в изломе бровь,
Твой впереди мужчина интересный.

11 -21.12.1999 г.

     >>

Рука помощи

Протяни руку помощи, брат,
Я сегодня нуждаюсь в поддержке.
Обойдусь я пока без наград,
Рассчитаться б с судьбой за издержки.

Ненароком попал в переплет,
И удар ниже пояса принял.
Предъявили придуманный счет,
Пал на землю когда первый иней.

Где друзья? Не видать никого.
У меня то разводы, то стрелки.
И на сердце совсем нелегко,
В колесе завертелся, как белка.

Кто поможет в минуты беды?
Никого - одни голые спины.
Поредели мгновенно ряды,
На губах вязнет горечь калины.

До крови я уста закусил.
Что ж ты, брат, отвернулся от брата.
Первый раз я тебя попросил,
Уберечь от меча из булата.

Ничего, разведу все мосты.
Пускай шрам новый к телу приклеят.
Но я знаю, что ложь и понты,
Ветерок звездной ночью развеет.

2000 год.

     >>

Поклон курганским королевам

Разнокалиберные девочки Кургана.
Милые! Всем пламенный привет.
Влюбчивым я стал довольно рано,
Когда птенцом ходил под табурет.

Лапушки, брюнетки и шатенки,
Розы, незабудки, васильки,
Помню аппетитные коленки,
Помню ваши взгляды - угольки.

Ночи буйные и знойные летели,
Время - то ли вечность, то ли миг,
Мы кружились в бесконечной карусели,
Узнавали "камасутру" не из книг.

Я объездил пол-России необъятной,
За границей видел высший свет,
Без пристрастия скажу на весь мир внятно:
"Лучше зауральских женщин нет!"

Львицы на работе, дома - леди.
Как мне хочется всех девочек обнять.
Надо памятник на площади из меди,
Курганским королевам изваять.

Нежные, прекрасные принцессы!
Я от имени мужчин вам бью поклон,
Пусть пересекутся интересы,
Мужской и женский - в тесный унисон.

Верю и надеюсь, будут встречи,
Будут разговоры при луне,
На постели не утихнут пускай сечи,
Девочки, пока! Звоните мне.
7-35-50 Алексей Прокопьев

Апрель 2000 года

     >>

Капают секунды

Капают секунды в никуда,
Падают минуты в бесконечность,
Что я приобрел к своим годам,
Одиночество, да грустную беспечность.

Возраст мой, где надо бы черту,
Подвести под прожитые годы,
Я отмерил не одну версту,
Не узнав семейную свободу.

Не дурак, не глуп, не прохиндей,
Только жизнь, как будто за колючкой,
Улетают лепестки с календарей,
А на небосклоне пока тучки.

И бокал нетронутый вина,
Приготовлен для моей любимой,
Где-то спряталось мое второе я,
Затянулся поиск половины.

Тает в дымке возглас журавлей,
Клин покинул мой уснувший город,
Позвони, и словом обогрей,
Я душой и сердцем очень молод.

Впереди наша встреча с тобой,
А пока мне дано одиночество.
Будет в жизни семейный прибой,
Будет все, если очень захочется.

Январь - февраль 2000 г.

     >>

Королева

Пусти, хозяйка, на постой.
Пусти на ночку, королева,
Ведь я сегодня холостой,
Я от жены ушел налево.
        Забыл я чайных роз купить,
        Но прихватил на всякий случай,
        Шампань нам жажду утолить,
        Конфет коробку взял до кучи.
Конечно, я, не Донжуан,
А так - любитель приключений,
Любвеобильный твой капкан,
Мое взял сердце в заточенье.
        Преподнесу красивый понт,
        Из слов, из ласки, из объятий,
        На свете лучше нет занятий,
        Чем узнавать любовный фронт.
Как участился сердца стук,
Как дрожь твой стан согнула в неге,
Ученики ночных наук
Озарены сияньем Веги.
        Я, королева, потерял
        Рассудок свой - в твоей постели.
        Заброшу прочно якоря
        На белоснежной койкомели.
Ах, эта ночь, какой-то шквал,
И королева нежной масти,
Я с ней впервые испытал,
Любовь по каплям, с морем счастья.
        К жене я больше не ходок,
        Меня пленила королева,
        Не буду сердцем одинок,
        Я завяжу ходить налево.
В охапке розы принесу,
И брошу под ноги невесте,
Свою прекрасную красу,
Я не отдам, теперь мы вместе.

16.03.2000 год.

     >>

Выбор

Кто виноват, что нам на книги жалко тратить,
На сборники, где собраны стихи,
Где строчки хочется шершавые погладить,
И отряхнуться от житейской чепухи.

На плитки шоколада, сигареты,
На вещи крупные и мелочь - дребедень,
Финансовые тратятся котлеты,
А для души отдать десятку лень.

За двести с лишним баксов взять штанишки,
Оставить тысячу за вечер в кабаке,
Готовы многие - но за червонец книжку,
Купюра крутенько зажмется в кулаке.

Где растеряли мы духовное наследство,
Читаем что - похабные статьи,
Но если скажем честно, без кокетства,
Что из бульварной прессы извлекли.

А иногда охота вечерочком,
На сон грядущий что-то, для души,
И прогуляться взглядом по тем строчкам,
Которые особо хороши.

Ведь многие в стихах себя увидят,
Или друзей, или какой-то смысл,
А, может быть, простят другим обиды,
И выпьют очищения кумыс.

Пусть каждый человек сам выбирает,
Стихов ли сборник взять, иль пива пузырек.
Берите то, что сердце пожелает,
Подскажет что душевный огонек.

2000 год.

     >>

Мать - одиночка

Ты плыть устала в лодке одиночества,
В невзгодах жизненных морей,
Сбылось от бабушки пророчество,
Растить одной своих детей.

Муж убежал к другой жене, негодник,
Чужие дети стали папой называть,
И перечеркнуты совместной жизни годы,
А ты одна, ты одиночка - мать.

Непросто, ох, непросто в наше время,
Ждать алименты папы - беглеца,
И кажется, что непосильно это бремя,
Растут когда детишки без отца.

А мужу наплевать, как ты и дети...
Зарплаты нет, и ты подачки ждешь.
Он может сотни тратить на банкеты,
Не выделяя детям медный грош.

Вот наша жизнь и, правда, на ладошке.
Как жить? Как поднимать своих детей?
Вы не ругайте за стихи, прошу, Алешку,
За правду голую распятых наших дней.

Январь - март 2000 г.

     >>

Зауральский медведь

Меня судьба в подкову часто гнула,
Но я стоял, стою и буду впредь,
Стоять в эскорте жизни караула,
Я, россиянин, зауральский я медведь.

Я не один, нас за Уралом миллионы,
Обветренных нелегким бытием,
Становимся под знамени в колонны,
Мы радуемся жизни, мы - живем.

Пускай смеются лицедеи в черных масках,
Провинциалами считают москвичи,
Зато у нас - уральская закваска,
Мы закалились в пламени печи.

В нас нет продажности, слащавости Иудной,
Не ноем мы по глупым пустякам,
Мы верим в светлые дела, мы верим в чудо,
Мы возрождаем Русь на зло врагам.

Наш город маленький в сравнении с Москвою,
И с Питером сравненья тоже нет,
За друга друг у нас стоит горою,
Мы вкруговую дали верности обет.

Оплот России мы, надежда и опора.
Нас не сломает ветер перемен,
Не отсырел в пороховницах наших порох,
Да встанет, Русь, любимая с колен.

09.03.2000 г.

     >>

Мир вашему дому

Мир дому сему! Я к вам в гости пришел,
Без зла, без корысти, без ссоры,
Пусть будет у вас все всегда хорошо,
За чайком проведем разговоры.

Я желаю вам мира, любви и добра,
Тепла для обители вашей,
В праздники чтобы на булки икра,
А дом всегда полна чаша.

Здоровья и счастья всей вашей семье,
На долгие, долгие годы,
Чтоб не было трещин на жизни стекле,
Друзей будут пусть хороводы.

Спокойствие, мудрость и теплота,
Очаг вам наполнят по-полной,
Плохо, когда на душе пустота,
Когда отношения вздорны.

Желаю всем людям уют и покой,
Обрести в стенах личного дома,
Несчастья уйдут навсегда стороной,
Любовь, когда правит в хоромах.

Январь - февраль 2000 г.

     >>

Не звони

Позабудь телефонный мой номер,
Не звони, не тревожь, не мани,
И давай вместе мы похороним
Отношенья сгоревшей любви.

Сама знаешь, как я относился,
Ты была моей свечкой в ночи,
Первый раз в своей жизни влюбился,
Когда пели капель и ручьи.

Что такое любовь я не ведал,
Да и ты в первый раз лишь смогла,
Изменить на любовь свое кредо,
Тайна счастья на части рвала.

Хорошо быть счастливыми вместе,
Мальчик - девочка, муж и жена,
Когда дарятся розы невесте,
И любовь на двоих лишь одна.

Сказка наша продлилась недолго,
Увертюру пропел соловей,
Увезла тебя белая "Волга",
К тому дяденьке, что стал родней.

Толстосума подачки купили,
Твою молодость, нашу любовь.
Ты погрязла в подарках, как в иле,
Не вернуть ничего больше вновь.

За цепочку, духи и за шубку,
Обрела свой покой в тишине,
Не кусай, до крови прошу губку,
Счастья вам. Не звони только мне.

Январь - февраль 2000 г

     >>

Наши старики

Пошел на телеграф отдать должок,
Зачем с телеграфистами ругаться?
Старушка села на крылечке в уголок,
И на платочке денежки лоснятся.

Нашел немножко мелочи в штанах,
Бабушке подал на пропитанье,
А взамен "спасибо" на устах,
О здоровье и успехе пожеланье.

"Не пьяница" - старушка говорит,
А подалась из дома престарелых,
Лет 80 где - нибудь на вид,
Мозоли на ладонях огрубелых.

Всю жизнь на государство отдала,
Пошла, работать чуть ли не с пеленок,
Здоровье на работе порвала,
А сейчас, как брошенный котенок.

Ни дома, ни квартиры, ни угла,
А пенсия - копейки с опозданием,
И потихонечку из глаза потекла,
Росинка на морщинки со свиданьем.

В приюте для старух и стариков,
Зимой не топят, холод злой гуляет,
И хлеб по корочке дают на едоков,
Страна пенсионеров забывает.

Всю жизнь батрачили на дядей из Москвы,
И слушали рекорды коммунистов,
А в будни кушали костлявые маслы,
И пили самогон за утопистов.

Клозет на улице и в холод и в жару,
И телогрейки лучше не носили,
За это получали ко двору,
Социализм, который полюбили.

Цари менялись, а устой один всегда,
У власти кто - тот больше наворует,
И радовались, если иногда,
На праздники конфетами балуют.

А к старости оформленный приют,
И сухари без молока и без кефира,
Довольствуйтесь и тем, пока дают,
Пока не выгнали из дома, но без мира.

Мне очень жалко наших стариков,
Я сам не молодею ведь с годами,
Они приняли дар большевиков,
Какой же я приму на пару с вами.

Кому нужны мы будем через ┘ цать.
Стране, детишкам или партократам,
А может, будет глубоко на нас плевать,
На все заслуги вшивым бюрократам.

Вопрос серьезный - не маши рукой.
Мы все когда-то будем стариками,
Делюсь я с вами совести строкой,
Не спрятать старость за уральскими горами.

Давайте бабушкам копейки подавать,
Не обеднеем, если поделимся,
О старости не будем забывать,
Чужому возрасту давайте поклонимся.

2000 год.

     >>

Не обижайтесь на людей

Не обижайтесь на людей - прощать умейте.
Попреки, злость, колючие слова,
Вы помолитесь с сердцем, пожалейте,
И станет светлой ваша голова.

Бывал и я порою без копеек,
Кидал на деньги самый лучший друг,
Не становился он богаче от затеи,
Приобретал лишь жадности недуг.

Когда льют на меня фужеры грязи,
И собирают сплетни за спиной,
Жалею тех людей, кто любит дрязги,
Они вернутся к ним другой волной.

Когда меня друзья в беде бросали
И рядом не было надежного плеча,
Молитвы из невзгод тогда спасали,
Всевышнего я слушал, как врача.

Я по-другому стал глядеть на очень много,
С деньгами кинули, я где-то недодал,
Кто сплетничал - не осуждал их строго,
С иной я колокольни мир узнал.

На зло вы злом не отвечайте, Бога ради,
И искренне прощайте всех врагов,
На жизнь вы измените свои взгляды,
Свободен человек, кто без оков.

Тернистый этот путь - тропа прощенья,
Порой простить бывает тяжело,
Но снять обиды - ваш путь очищенья,
Идите, я хочу, чтоб вам везло.

16.12.1999 г.

     >>

О пьянстве

Я завязал с нечистыми делами,
Внутри себя мне надоел бардак,
Я прятал совесть за пудовыми замками,
Настало время возвратить ее назад.

Порой валялся пьяный в подворотнях,
Друзья терялись, если кончились рубли,
Когда есть деньги - корешей десятки, сотни,
Ни одного - когда купюры утекли.

Когда, с душой, открытой нараспашку,
Когда, финансы жгли карманы брюк,
В пивной я угощал хмельною чашкой,
Каждый был мне закадычный друг.

Во времена сквозняк гулял, когда в кармане,
А мне на грудь хотелось полста грамм,
Никто не говорил, мол, выпей, Леха, с нами,
Все собутыльники бежали по углам.

Я знаю этот рай не понаслышке,
Я падал, поднимался, снова шел,
Хочу, чтоб каждый человек меня услышал,
В пьянстве никто счастья не нашел.

Алкоголь не просто яд, такая пропасть,
В которую упасть как дважды два,
В пьянке смелет всех тугая лопасть,
Живите трезвыми, нам жизнь дана одна.

Февраль - март 2000 г.

     >>

Ода комарам

Залетал кровосос по квартире,
Не дает мне спокойно пожить,
Присосался пудовою гирей,
И давай с меня кровушку пить.

Весом меньше пушинки, зараза,
Но кусает с упорством и злом,
Навернуть бы его унитазом,
Да боюсь, что обвалится дом.

И куда в него кровушка входит,
Весь надулся, как мыльный пузырь,
С писком нудных, противных мелодий,
Вновь в меня уцепился упырь.

Рассекают ладошки впустую,
Комаришка - проворный танцор.
Волдыри вкруговую рисуя,
Он на мне кровью выткал узор.

Не комар - комариха кусает,
Сколько можно глотать мою смесь?
И сородичей все подзывает,
Сбить с меня ало - вкусную спесь.

Потравлю я друзей дихлофосом,
Угощу парой баночек вмиг,
И останусь на память с засосом,
Среди стен и бесчисленных книг.

Я задраю все окна в квартире,
Натяну марлю в десять рядов,
В потолок ноги вытяну с миром,
Это кайф, когда нет комаров.

30.01 - 02.02.2000 г.

     >>

Подворотни

Подворотни мои, подворотни,
Я вас все изучил поперек,
Вам подарены пьяные сотни,
Родилась здесь душа - огонек.

Переулки Кургана знакомы,
Каждый двор, каждый куст, каждый пес,
Я к родному спешил всегда дому,
Когда жизнь задавала вопрос.

Этот двор я запомнил по дракам,
Первый шрам заработан мной здесь,
Я зализывал раны собакой,
Отгорела со временем месть.

Вот горсад, и в наколках скамейка,
Спрятан первый на ней поцелуй,
Я цветы покупал на копейки,
И девчонке дарил, как буржуй.

У седого лохматого клена,
Я портвейна узнал терпкий вкус,
Молодым был повесой, гуленой,
Клен навеял мне прежнюю грусть.

В привокзальной знакомой пельменной,
В кружки пива бросали мы соль,
Поднималась вверх шапкою пена,
Были мы - перекатная голь.

...Я люблю посеревший свой город,
От него никуда не уйдешь,
Он по-своему мне все же дорог,
Мой Курган - зауральская брошь.

Февраль 2000 г

     >>

Ошибка врачей

Посвящается друзьям, которые перенесли ...

Я в гости заглянул на огонек,
К друзьям, роженицу с ребеночком поздравить.
Но жизни лопнул мыльный пузырек,
И не крестины, а пришлось поминки справить.

Врачей ошибка жизнь оборвала,
Девчонке - ангелу, малышке - человечку,
Все бесполезны утешения слова,
И за предел зашкалило сердечко.

А говорили доктора - все хорошо,
Что роды замечательно приняли,
Истину растерли в порошок,
Роддом рыданья на ноги подняли.

Безумная в тревогах и в слезах,
Металась мать у тихой колыбели,
И падала с мольбою к образам,
Но лики в скорби тоже занемели.

И кто утешит женщину в беде,
Кто выход ей подскажет из несчастья,
Не плачь, крепись и в жизненной гряде,
Материнское еще ты встретишь счастье.

Январь - февраль 2000 год.

     >>

Посвящение В. Высоцкому

С годами стал я терт и бит,
На жизнь имею твердый вид,
Но иногда трясет, знобит
От подлости и лести.
Когда чужие кунаки
Вонзают в шею мне клыки,
Когда смеются дураки
На празднике бесчестья.

Не бью в поклонах низких лоб,
Я не ханыга и не жлоб,
Не набиваю плотно зоб
На дармовых банкетax.
Там лицемеры гнусно лгут,
Другим устраивая суд,
Кто любит пряник, а кто кнут,
Кто звезды в эполетах.

Сменил со временем жаргон,
Стал лучший друг - хамелеон,
И глашатай, как пустозвон,
Мне порожняк втирает.
Ох, лицедей, за хлеба кус,
Елей отваливает с уст,
Он по натуре своей трус,
На нервах мне играет.

Имею право я молчать,
Могу начать права качать,
В ЧК могу пойти стучать
На прыткого холуя.
Но он проныра и прохвост,
И только с виду глуп и прост,
Но прищемил он многим хвост,
Играя и балуя.

Вот это, братцы, коленкор.
Он мелет ересь, сеет вздор,
Но все стоят - глядят в упор,
И в уши льются байки.
Все верят в чушь и в ерунду,
В которой правды не найду,
Он рвет подметки на ходу,
Закручивая гайки.

Я не стерпел и сгоряча,
Дал оплеуху от плеча,
Рука моя клинком меча
Понос остановила.
Но он вошел в экстаз и в раж,
Поперла свыше, видно, блажь,
Он закатил скандал - кураж,
Кондрашка его била.

Орут болельщики кольцом,
Столкнулись мы - лицо с лицом,
Мне не впервой быть с подлецом,
На замкнутом просторе.
Вокруг он брызгает слюной,
Он, малость чокнутый, дурной,
Глаза покрылись пеленой,
Почуяв запах крови.

Потехе - время, делу - час,
Судья срывает в крике бас,
Ну, кто кому поблажку даст
В нелегком поединке.
Сермяжной правде - его лесть.
Фальшивке сладкой - слово честь
. И если надо будет месть
На узенькой тропинке.

Фортуна фарта мне дала,
Меня победа подняла,
И стали глупыми дела
Казаться прохиндея.
Не будет больше трепать ложь,
Вонзая в правду острый нож,
Пускай утихнет его дрожь,
В погубленной идее.

С годами я заматерел,
Стал виртуозом своих дел,
Но, все же ставлю под расстрел,
Продажность и беспутство.
Друзья мои, желаю вам,
Поднять детей, построить храм,
Деревья подарить садам,
И жить собой, не гнуться.

21.03.2000 г.

     >>

Самосуд

На собственной шкуре, все прелести жизни,
За тридцать три года узнал,
И смотрят из сердца глаза укоризны,
Как многое я недодал.

Душа наизнанку все ищет покоя,
И совесть - мой вечный набат,
Видится часто при свете пустое,
Как жизнь одолжил на прокат.

Что-то не так совершил я в июле,
Неверный был шаг в октябре,
Давно проглотил я с отравой пилюли,
Сейчас лежит снег на дворе.

Суровое время глядит исподлобья,
И умные мысли приходят потом,
Что не на то я потратил здоровье,
Стоит без фундамента дом.

Как научиться, мне жить без ошибок,
Грехи чтоб не лились ручьем,
Устал от приветствий фальшивых улыбок,
А в жилах кровь бьется ключом.

Мой самосуд. Пустой зал без народа.
Я в нем и судья, и палач,
На что я потратил прошедшие годы,
Скажи мне душа и не плачь.

Я обвиняемый и я обвинитель.
Идет самосуд в тишине.
Я заключен в одиночку - обитель,
Каюсь. Простите вы мне.

23.12.1999 г.

     >>

Скрипач

Скрипач, ты отдохни, ты отработал,
И честно заслужил себе покой,
Не зря была потрачена суббота.
Не зря расстрелян редкий выходной.

Не ты играл - душа летела в выси,
И просыпалась тайна изнутри,
Святыми становились звуки - мысли,
Я твой поклонник, избранный в жюри.

Смычок припал в объятья к старым струнам,
Мелодия щипнула невзначай,
Как хорошо, что привела сюда Фортуна,
Я музыканту выпишу на чай.

И верится, что музыка живая,
Но, вот маэстро звуки оборвал,
Слезинка покатилася немая,
Седому скрипачу на пьедестал.

Растрогалась душа. Спасибо, мастер.
Не отдыхал душой я так давно,
Желанье есть, но мало только власти,
Чтоб "Оскара" прислали в казино.

Скрипач, присядь, ты честно отработал,
И получи заслуженный покой,
Не зря была потрачена суббота,
Не зря расстрелян редкий выходной.

Январь - март 2000 г.

     >>

Смешное счастье

Остатки с барского стола,
Смешное крошечное счастье,
Мои разбиты купола,
Дотла сгорели наши страсти.

Не говори мне лишних слов,
Я по глазам читать умею,
Как много было катастроф,
Как мало прошлого жалею.

Слеза скатилась на платок,
Прошу не лей святую воду,
Ты знаешь, как я одинок,
Как трудно плыть, не зная броду.

И я один, и ты одна,
А вместе нам несовместимо,
Стоит китайская стена,
И проплывает счастье мимо.

Закроешь дверь осенней датой,
Весь мир запрячется в сундук,
Мы оба в этом виноваты,
Что сжался тесно жизни круг.

Где нам найти свое спасенье,
Чтоб не сломаться пополам...
...Еще одно стихотворенье
Разлука пишет по слогам.

Остатки с барского стола,
Все улетело белым дымом,
И однобоко кабала,
Мое пронзила сердце клином.

Январь 2000 г.

     >>

Совет другу

За жизнь поговорим с тобою брат,
Ты не спешишь, надеюсь, в этот вечер,
Не выражайся, спрячь подальше мат,
Я им по горло с детства покалечен.

Ты, если хочешь, я по соточке налью,
Не ради пьянки - для поддержки разговора,
Потом мы скинемся по-новой, по рублю,
Нам в лавку сбегает соседка тетка Дора.

Ты видел жизнь, сполна ее узнал,
Вернулся, за спиною годы в клетке,
По глупости молоденьким попал,
И отсидел четыре в малолетке.

Пытались жизнь, сознанье изменить:
Пинками, карцером, стукачеством на друга.
Не стоит о прошедшем, брат, грустить,
Ушли года, где было очень туго.

Я за тебя, Олежка, очень рад,
Что ты вернулся, в клетке не сломался,
И будет впереди цветущий сад,
Ты грязью за решеткой не марался.

Прости меня, но дам тебе совет,
Ты завяжи с нечистыми делами,
Что видел ты, в свои немного лет,
Решетки, да мальчишек с кандалами.

Я понимаю, трудно жить сейчас,
Но ты, Олежка, продержись без криминала,
Нам жизнь дается только один раз,
Не надо, чтоб тебя судьба пинала.

В минуты трудные ты к Богу обратись,
И удержись от легкого навара,
Ты не сломался там и здесь крепись,
Желаю счастья, друг, забыть тюрьмы кошмары.

Январь - февраль 2000 г.

     >>

Шлюха

Эта женщина - падшая шлюха,
Я любил ее очень давно,
Ей лет 30, но внешне - старуха,
И с кем спит, ей сейчас все равно.

Я дарил ей прекрасные розы,
И юнца не целованный пыл,
Улетели мальчишечьи грезы,
Я из детства ничто не забыл.

Длинноногой росла росомахой,
На парней шла всегда на таран,
А в итоге - панельная плаха,
Да немытый граненый стакан.

Что случилось с тобой, скажи, Светка.
Почему залетела ты в грязь?
Где величье былое кокетки?
Неужели судьбой обожглась.

Светка смотрит невидящим взглядом:
"Что пристал? - Отвали, левый хер".
Она рядом... и все же не рядом,
А ведь был я ее кавалер.

Не поймала богатого принца,
Все мечтала машина, понты,
А досталось лишь платье из ситца,
Да любовник - алкаш с темноты.

До свиданья, бульварная фея,
Буду помнить тебя молодой,
И скажу, тебя все же жалея:
"Поднимись! Не страдай ерундой".

Март 2000 г.

     >>

Трын - трава

Я забросил на полку дела,
И к друзьям двести лет не хожу,
Стало все для меня трын - трава,
Лишь в берлоге постель сторожу.

Обуяла всемирная лень,
Обняла в тишине благодать,
И в безделье лежу третий день,
Дал приказ я себе отдыхать.

Хватит, хватит бессонных ночей,
Где в стакане черней угля чай,
Серенаду послушать свечей,
Я рискну как-нибудь невзначай.

Ложка кофе на пять грамм воды,
Сердце - молот грудь рвет пополам,
Лезет волос, как стебль бороды,
Не хочу я в отряд к старикам.

Не жалею, хоть стоит жалеть.
Не храню, а, наверное, зря,
Если мне и дано где-то спеть,
Голос мой повстречает заря.

В одиночестве грусти бокал
Пригублю через звездную мглу.
Я живой, я из пепла восстал,
Уберите с несчастьем иглу.

И назло всем врагам и молве,
Голос мой разорвет тишину.
Хоть и пух побелел в голове,
Я из сердца достану струну.

21.12.1999 г.

     >>

Попрек

В лицо мне бросила слова,
Собаке так кидают кость,
Я раньше слышал твой попрек неоднократно.
Бурлила желчь, кипела злость,
Был словно я незваный гость,
Я развернусь, и не спеша, уйду обратно.

Я стал учен и опыт есть,
Когда срывают с петель дверь,
Когда кричат: - "Не возвращайся, до свиданья".
Я свой тушу ответ и месть,
И не впервой мне боль потерь,
Никто не знает, где наступит расставанье.

Возьму и лучше промолчу,
Я понапрасну не кричу,
А зло твое в истерике забьется.
Зло разобьется о тепло,
Мое тепло - мое добро,
А зло и крик, как бумеранг к тебе вернется.

Истерик с детства не люблю,
Я злобу лучше отмолю,
И за тебя зажгу свечу неторопливо.
Я так тебя любил, люблю,
Тебя любовью напою,
Не будь, пожалуйста, надменна и криклива.

Колючий твой укор - упрек,
Я пропустил в который раз,
Хочу, чтоб призадумалась немного.
Не трудно взять мне скарб в мешок,
Уйти с твоих красивых глаз,
И от знакомого родимого порога.

Но ты останешься одна,
В обиде, в злобе и в тоске,
Рассудок ночью по местам расставит точки.
И отогнав остатки сна,
Пробьется разум твой в ростке,
И счастья будешь клеить ты кусочки.

Так чтобы не было потом,
Давай сейчас ценить слова,
И отношенья между мною и тобою.
Сведи, на нет свой грозный гром,
И подари чуть - чуть тепла,
Не стоит делать нашу жизнь игрою.

Январь-февраль 2000 г.

     >>

Подкаблучник

Баба - хват, мужика в оборот,
Вмиг скрутила, и нету проблем,
А мужик, рот открыв, обормот,
Не поймет что, куда и зачем.

Лопухнулся дружок - потерпи,
Под каблук раз под женский попал,
И сидеть тебе дни взаперти,
А иначе - семейный скандал.

Живо бабонька свила гнездо,
Стал хозяйкой жених удалой,
Постирать - автомат вот "Ардо",
А потом поколдуй над плитой.

На работе жена день трубит,
А в квартире мэн с тряпкой в руках,
И приносит супруга рубли,
А у мужа лицо чудака.

Пусть семья себе с миром живет,
Подкаблучник да бабонька хват,
Всем по вкусу супружеский гнет,
Всем, но нраву такой вот расклад.

2000 год.

     >>

Столичная ГАИ

В Люберцах закусились гаишники,
Их вниманье авто наш привлек,
Налетели дорожные хищники,
Собирать с зауральцев оброк.
        Что везешь? Где права? Где фактура?
        Полетели вопросы гурьбой,
        И пошел шантажировать буром,
        Молодой синеглазый ковбой.
Что сказать сосунку - недоноску,
У которого чванство в глазах,
Когда тискал он мамкину соску,
Мне свистели во всю тормоза.
        Протянул сторублевку - купюру:
        "Разбежимся в хороших давай",
        Он в ответ, что без Джорджа фигуры,
        На подарок не намекай.
Лейтенант, две звезды на погоне,
Опупевший при форме нахал,
Он, как вроде на службе закона,
Создает неуместный накал.
        Колесил по России немало,
        Мне тарифы известны ГАИ,
        Полтишок - на бутылку и сало,
        И спокойно ты дальше рули.
С москвичом разговор вышел боком,
Хоть с трудом, но беседу развел,
Он уперся в зеленые рогом,
Сразу видно по жизни к...л.
        Неспеша под колеса упали
        Километры российских дорог,
        Ждали нас зауральские дали,
        Грел гаишнику душу оброк.

Октябрь - ноябрь 2000 г.
Курган - Москва - Курган

     >>

Охота

Литавры выплюнули звук,
И барабан ударил стук,
Потеха началась вокруг,
Поехала охота.
И ухмыльнулись егеря,
Сегодня день пройдет не зря,
В багрянце куцем октября,
Стрелкам пришла работа.

Луч солнца прыгает пучком,
        Охотник - диким став волчком,
        Переглянулся и молчком,
        Укрылся среди елей.
        В руках потеющих приклад,
        На спор побились об заклад,
        Кто победит - возьмет тот клад,
        Тот асом будет в деле.

Загонщик гонит в дебрях дичь,
Кидая псам погони клич,
И вот гляди, летит навзничь,
Дуплет по чьей-то цели.
Срывая голос в сотни ватт,
Смеется весело фанат,
Он бил в мишень - не наугад,
Он видел дичь в прицеле.

Шуршит осенняя листва,
        Пожухла скомкано трава,
        Лишь полупьяная братва,
        Пьет водку за победу.
        Охота славно удалась,
        Над зверем одержали власть,
        Победой насладились всласть,
        Достался приз к обеду.

2000 год.

     >>

Половины

С годами все сложней окольцеваться,
И половину все найти трудней,
Начинаешь привередливо копаться,
Как будто сам красивей и умней.

Как будто сам рожден ты без пороков,
Ну, словно ангел или с проседью мудрец,
На половину смотришь однобоко,
Не признаваясь в том, что сам глупец.

Не чтишь заветы, что из поколенья,
Передавали старшие в семье,
Чтоб к ближнему всегда имел терпенье,
Ты не судья другому на земле.

Искать пороки в близких толка мало,
Соринку у другого ищешь ты,
Свое бревно - отравленное жало,
Пропустишь в буднях жизни суеты.

Все привередливо, то вдумчиво, то рьяно,
Копаешься в кандидатурах половин,
Прими в другом пороки и изъяны,
Тогда ты точно будешь не один.

В объятья близкий человек возьмет и примет,
И в минусах найдет какой-то плюс.
Любите вы друг друга половины,
Семьи своей создайте прочный бюст.

2000 год.

     >>

Театр "Гулливер"

Влюбился по уши в театр "Гулливер",
Здесь по возможности бывать стараюсь чаще.
Мне облюбованный обласканный партер,
Заменит надоевший телеящик.

Нет смысла время у экрана проводить,
По всем каналам крутят сериалы.
Театр душой сумел я полюбить,
Как замечательны артистов карнавалы.

Ах, эти куклы, явь чудес и грез,
Огромный шаг в мир детства и забавы,
Где малыши смеются все до слез,
Где очень добрые собаки и удавы.

А вечера где в арт-кафе встречают нас,
Актеры - виртуозы, музыканты.
Под ними покоряется Парнас,
Курганской глубины, узнав таланты.

Какая музыка, как за душу берет,
Какая атмосфера в этом зале,
Здесь у артистов зарождается полет,
Под страсти публики, в их искреннем накале.

Я преклоняюсь перед Вами, господа,
В театре время кажется мгновеньем,
Вы покорите и другие города,
Дай Бог Вам счастья и конечно вдохновенья.

2000 г.

     >>

Отчий край

Я в Зауралье махнул в рост,
По всем статьям прикинул ГОСТ,
Он подошел, что ж хорошо, и, слава Богу.
И на пяток присел минут,
Дороги малость подождут,
Благословила меня мама у порога.

За спину кинул рюкзачок,
Весь скарб - размером с кулачок,
А мне, пожалуй, больше и не надо.
На дом прощальный кинул взгляд,
Бог даст - вернусь еще назад,
Писала жизнь мне новую балладу.

С собой в лопатнике рубли,
Да снимки всей моей родни,
Я после на привалах фотки гладил.
Рванул вперед под облака,
И к встречам чешется рука,
Покой и тишину оставил сзади.

Я босоногим по степям,
И по заброшенным полям,
Пошел к истокам матери - России.
Я сын ее с больной душой,
Порой то глупый, то смешной,
Меня где только ноги не носили.

Я видел жизнь людей в разрез,
Одни взлетали до небес,
Другие падали до грязи от безволья.
У каждого - своя судьба,
Но должен человек всегда,
Быть ЧЕЛОВЕКОМ все же в любой боли.

Люблю я Родину свою,
С ней вместе беды я делю,
Хочу, чтоб расцвела страна родная.
Хочу, чтоб каждый человек,
Взрастил в себе добра побег,
Сверкало солнце, чтобы в отчем крае.

2000 год.

     >>

Я вернусь

Ты уйди от меня непорочной и чистой,
Сохрани свой святой целомудренный лик,
Через годы вернусь я под вальс желтых листьев,
Расскажу, видел что, и чего я достиг.

На рассвете покинь мою келью - каморку,
Зла, обиды прошу, не держи на меня,
Теплотою согрею тебя через шторку,
Помолюсь перед встречей печального дня.

И я тоже пойду пилигримом с сумою,
Посажу на диету смиренную плоть,
Наедине я побуду с собою,
Совесть будет мне душу занозой колоть.

Над суетой приподняться хочу я,
О жизненной сути помыслить в ночи,
Увидеть, как месяц на небе танцует,
Составят компанию мне светлячки.

Я заточу себя в лапти и в рясу,
Замаливать буду земные грехи,
За то, что когда-то гремел лоботрясом,
За то, что писал откровенно стихи.

Довольно по жизни бежать без оглядки,
В душе обрести я надеюсь покой,
До боли смозолю усталые пятки,
Я изменюсь, и я буду другой.

Декабрь 2000 г.

     >>

Жизнь продолжается

Правда колет глаза.
Правда колет глаза, да и бьет порой больно,
Правду резать не каждый готов,
Словно киллера выстрел - выстрел контрольный,
С дружбы может снять звенья оков.

С кем в упряжке одной.
С кем в упряжке одной ты по жизни трясешься в кибитке,
С кем поделишься щедро последним рублем,
Тот товарищ захлопнет отношений калитку,
Станет прочная дружба никчемным нулем.

Видел много я раз.
Видел много я раз расставаний скандальных,
Поливали как грязью друг друга друзья.
Человек уходил по дороге опальной,
Потому что он знал по-другому нельзя.

Ветер скулы сжимал.
Ветер скулы сжимал, чтоб слова затухали,
Пусть утонет в слюне лучше лишний попрек.
Как собаки с цепей злопыхатели громко брехали,
Потухала единства искра - огонек.

Где разлука - там встреча.
Где разлука - там встреча, где встреча - там вера.
Круговерть у судьбы, у людей.
У реки омут есть и, конечно же, берег,
И прессуются в годы сотни прожитых дней.

Помолчи - не кричи.
Помолчи - не кричи, а возьми успокойся,
Приобрел ты бесценный от жизни урок.
Так иди же вперед человек и не бойся,
Продолжается жизнь, а урок прими впрок.

Декабрь 2000 год.

     >>

Посвящается моим близким
Маме и сыну

Солнышко

Солнышко мое ненаглядное,
Мой любимый кровинка - сынок,
Моя радость, моя ты отрада,
В твоем сердце - моего кусок.

Задаешь двести тысяч вопросов,
Хочешь мир весь узнать изнутри,
С любопытством твой носик курносый,
Ставит с легкостью рубль на пари.

Раздаешь ты лучи - поцелуи,
Миллионами бабушке, мне,
Мы понежим тебя, побалуем,
Хорошо, что ты есть на земле.

Наше счастье и наша награда,
Наполняешь любовью весь свет,
Ты до школы дошел из детсада,
Узнавая житейский рулет.

Я люблю тебя очень, Максимка,
Это счастье - РАСТИТЬ СЫНОВЕЙ,
Ты с упорством иди по тропинкам,
По просторам курганских полей.

Милый сын, по-отцовски желаю:
Счастья в жизни, здоровья, любви,
Чтобы сердце сгорало пылая,
Мы едины с тобой по крови.

Декабрь 1999 г. - январь 2000 г.

     >>

Родным

Я слушал сказки мамы в колыбели,
Лежал в пеленках крошка - малышок,
И в сердце падали душевные капели,
Я ростом был тогда один вершок.

Мой папа был большой и очень сильный,
И по-мужски воспитывал меня,
Запомнился мне торс его двужильный,
Сгорел отец в работе трудодня.

Скуп на слова был папа, да не важно,
Ведь болтовня политиков удел,
Он лучший для меня из тысяч граждан,
Не видит только, стал какой пострел.

А старшая сестра моя родная,
Мы с Таней вечно не разлей вода,
Играли, жизнь весельем наполняя,
Как рано Тани заплутала борозда.

Растет мой сын, и в продолженье рода,
Передаются гены доброты,
Пускай Прокопьевым добавит он в породу,
Своей Максимки нежной остроты.

14.12.1999 г.

     >>

Мама

Здравствуй, добрая мать. Сколько лет я спешил,
Все за призрачной гнался удачей,
Что-то я находил, чем-то я дорожил,
Принимая от жизни лишь сдачу.

Умоляю, прости! Умоляю, поверь!
Я так часто в делах ошибался,
И домой не бежал открыть мамину дверь,
И в обиды напрасно кидался.

Сколько лет за спиной у тебя, у меня.
Я в отцах 8 лет с половиной,
Понимаю сейчас, как растут сыновья,
И как трудно прийти им с повинной.

Моя милая мать. Ты одна мне дана,
Я гляжу на усталые руки,
И морщинки твои, и твоя седина,
Говорят, сколько вынесла муки.

Я так мало тебе уделяю минут,
О неделях и нет разговора,
И ночами слезинки напрасно текут,
Из-за глупого очень раздора.

Моя нежная мать, кто мне ближе, скажи,
Только ты да сынишка любимый,
Я давно позабыл кабаков куражи,
Обнажил свою душу без грима.

Нараспашку душа, значит, время пришло
С покаяньем прийти к тебе, мама,
Я надеюсь и верю, все у нас хорошо
Будет в стенах семейного храма.

Январь 2000 г.

     >>

Личное

Я не падок до счастья чужого,
Не в свои не встреваю дела,
Не страдаю с похмелья изжогой,
И живу, коли, мать родила.

Не завидую тем, кто богаче,
Кто красивей, моложе меня,
Кто имеет шикарные дачи,
Без интриг не живет кто ни дня.

К другим людям я в души не лезу,
Если спросят, то дам свой совет,
И пускай мой повышенный резус
Принимает естественный свет.

Я в друзья не стремлюсь набиваться,
И к себе подпускаю не всех,
В грязных сплетнях не склонен мараться,
И люблю только искренний смех.

Я живу, как живу, как умею,
Бедокурю излишне порой,
Но с пеленок желанье имею,
Всегда быть в этой жизни собой.

1999 год.

     >>

Гостеприимство

Мама шаньги в субботу настряпала,
Пригласила гостей к себе в дом,
Заварила душистый чай с мятою,
Да своим безразмерным добром.

Моя мама - прекрасная женщина,
Лучше я никогда не встречал,
Были в жизни и счастье и трещины,
Для семьи она верный причал.

"Угощайтесь друзья и подруги, -
Мама быстро накрыла на стол, -
Скоротаем часы на досуге,
Вы отведайте мой разносол".

Потекла потихоньку беседа,
Мать альбомы достала свои,
Суетится всегда непоседа,
Когда смотрит на снимки родни.

Поздравленья, стихи и открытки,
Бережет уже множество лет,
И слеза в сочетанье с улыбкой,
Оросила с гостями банкет.

Гостеприимную щедрую маму,
Уважают друзья за дела.
Ты всю жизнь ходишь гордо и прямо,
Честь за это тебе и хвала.

Август - октябрь 2000 год.

     >>

Сыну

Я радуюсь успехам сына,
Победам - капелькам в делах,
Когда у ног лежит вершина,
И за спиной оставлен страх.

Дается в жизни шаг непросто,
Стараньем, потом и трудом,
Но покорив ступеньку роста,
Сынок становится орлом.

И словно крылья вырастают,
Когда Максим кричит: - "Я сам".
Все в околотке люди знают,
Что не приучен сын к слезам.

Растет мальчишка на ошибках,
То на чужих, то на своих,
И с покоряющей улыбкой,
Читает дальше жизни стих.

Мне говорит сын: - "Милый папка!
Я больше всех тебя люблю".
Смахну слезинки я украдкой,
Максима в мир благословлю.

Сынок, сынок. Учись, мальчишка,
Теплу, любви и доброте,
Своей, листая жизни книжку,
Ты будь всегда на высоте.

2000 год.

     >>

Родной маме

Я на кнопку нажал, трель запела в квартире,
Дверь открыла моя ненаглядная мать.
Я вернулся домой, поскитался по миру,
И хочу драгоценную расцеловать.

Обняла и слова за порог уронила:
"Сколько, милый сынок, я ночей не спала,
Ожидала тебя, храня свои силы,
И молитва моя тебя берегла".

Слезы мамы в момент пропитали рубашку:
"Ты прости, непутевый я сын,
Разве я виноват, что душа нараспашку,
Что всегда слову я господин.

Ты меня родила, ты меня воспитала,
И учила, чтоб был ЧЕЛОВЕК,
Закалялся я в битвах и в жизни скандалах,
Очень рано прилип ко мне снег".

Мать прижала к себе, прошептала: "Алешка!
Слава Богу, ты жив и здоров",
Ну а я целовал милой мамы ладошки,
Я вернулся в родительский кров.

Научились без слов понимать мы друг друга,
Что ж ты, мама, так сильно сдала.
А меня подкачала медвежья услуга,
Позади моих странствий дела.

Я морщинки моей доброй мамы разгладил,
Боже мой, я вернулся домой.
Ты меня извини, извини Христа ради,
Я останусь, родная, с тобой.

Осень 2000 год.

     >>

Родительские напутствия

Оголенные нервы, душа нараспашку,
Меня мама таким родила,
Я когда малышом щелкал в нос неваляшку,
Полетела в высь жизни стрела.

Посмотрел отец вслед на стрелы оперенье,
И промолвил: "Лети - так в зенит,
Счастья в жизни сынок, и конечно везенья,
И пускай тебя Боже хранит".

На крыльце мать прижала к сердечку ладони,
Положила слова в небеса:
"По судьбе пусть несут тебя резвые кони,
Белой будет пускай полоса".

Дорогой мой отец, моя милая мама,
Я напутствия взял ваши в путь,
Но судьба оказалась гулящею дамой,
Меня часто могла обмануть.

Часто в душу плевали, кто был близок и дорог,
С кем горбушкой делился одной.
Находился беспочвенный, мелочный повод,
Шла разлука за ерундой.

И пускай в жизни все, не так гладко и просто,
Не сломает развод череда.
Бережет меня свыше великий Апостол,
Про запас у судьбы есть года.

2000 год.

     >>

Жизнь в строчках

Я люблю сумасшедшие ночи,
Когда рифма ласкает перо,
Когда жизнь так и просится в строчки,
Обнажая больное нутро.

В тишине я мозолю тетрадки,
И взаймы собираю слова,
И стихи не совсем пускай гладки,
Что строгает моя голова.

Жизнь не торт и не сладкая плюшка,
А скорее слоеный пирог,
То погладит она по макушке,
То с лихвою возьмет в оборот.

Не люблю я елейную Лиру,
Часто видел я жизнь без прикрас,
И бродягой скитался по миру,
Чтоб взойти на Уральский Парнас.

Я, Алешка, корнями с Кургана.
Жизнь в стихи я свою положил,
И хочу, (хоть звучит это странно),
Чтоб в руках ваших сборник ожил.

29.09.2000год.

     >>